— Довелось мне, братия, гостить однажды у миланского герцога. А, надо сказать, был у него замечательный повар, великий искусник в своём ремесле. Этого повара герцог даже во Францию отправлял, дабы тот ещё более всему научился! Да… Одно слово — мастер! Что ни блюдо — то шедевр! Да… И вот, сидим мы в трапезной, я уже благословил пищу, подают нам великолепно сервированные блюда, и тут герцогу приносят письмо из Флоренции. Ну, вы понимаете… Что может быть хорошего для миланского герцога в письме из Флоренции⁈ Герцог прямо почернел, прочитав письмо! Скомкал его, сунул за пазуху, и мрачный, принялся за еду. И тут же, прямо взревел, мол, позвать сюда повара! Бедный повар… бегом… предстал перед грозные очи герцога… А тот ему сурово, эдак, отчего это у тебя, голубчик, сегодня обед нехорош⁈ Мясо недожарено, соус противного вкуса, специи вообще в приправу не положены… А⁈ Отвечай, негодяй!
Надо сказать, повар обладал хорошо подвешенным языком. Он не растерялся и отвечал со всей учтивостью, мол, что поделать, ваша светлость? Я-то приготовил соус по всем канонам поварского искусства, а вот флорентийская подливка, вижу, пришлась вам не по вкусу… Но разве то моя вина?..
Согласен, шутка смелая. Но герцог оказался человек остроумный и шутку оценил. Он только засмеялся и отпустил повара без наказания. И, кстати, обед был воистину превосходен!
Ну, в принципе я понял, почему бедняга вспомнил тот обед, пережёвывая сухую жареную камбалу и с грустью глядя на наш с Катериной стол. Поневоле слюнки потекут!
— Браво! Браво! — дружно поддержали рассказчика остальные, — Воистину, смелая шутка, которая могла обернуться следами плети на спине! И браво герцогу, поступившему столь великодушно!
— Это что! — приободрился рассказчик, услышав одобрительные восклицания, — Этот повар и не так однажды пошутил!
— А как же? — заинтересовались слушатели.
— А так! Пришёл он однажды к герцогу, когда у того был час приёма просителей. Герцог, конечно, слегка удивился, но спросил, просьба ли у того или жалоба? Или хочет кого-то обвинить?
— Просьба, ваша светлость, — отвечает повар, — Очень хочется, чтобы ваша светлость превратила меня… в осла!
Вот тут герцог удивился не слегка, а как следует! Даже растерялся, прямо скажем!
— А зачем же тебе, голубчик, становиться ослом? — спросил он, — Отчего ты не хочешь быть человеком?
— Ах, ваша светлость, — притворно вздохнул повар, — Я вижу, что все, кого вы осыпали своими милостями, от важности так надуваются, что превращаются в ослов! Вот и мне захотелось стать ослом…
— А-ха-ха!!! — прокатилось над столом рассказчика, — То есть, и меня осыпьте милостями? Ловко придумано! А-ха-ха!
— Хе-хе! А ещё, вроде бы, невзначай, но заметил герцогу, каких ослов тот дарит своими милостями! Хе-хе!
— Да, уж, воистину остёр язык у того повара! А чем всё кончилось?
— Герцог вспомнил, что давно не поощрял повара! — засмеялся и рассказчик, — Ну и… отсыпал ему мешочек серебра! Заметив, что деньги даёт ему, как человеку. Ослы в деньгах не нуждаются!
— А-ха-ха! Тоже остроумно!
— А вот ещё случай! — начал другой, воодушевлённый всеобщим вниманием, — В Ареццо был недавно епископ Анджело. И он созвал однажды своё духовенство, прибавив, чтобы они захватили с собой облачение. Один из священников, у которого облачение истрепалось до такой степени, что стыдно было бы и надеть, грустный сидел дома и раздумывал, как быть. Взять облачение было негде! А в доме его была служанка, которая увидела печаль хозяина и спросила о причине. Тот объяснил. Да, нет же! — воскликнула служанка, — Епископ потребовал, чтобы вы захватили с собой жареных каплунов!
— Э-э-э? — недоумённо уставился на рассказчика один из слушателей.
— А, дон Эстебан! — спохватился рассказчик, — Вы не знаете итальянского! Это просто игра слов! Облачение — сарре е cotte, каплуны жареные — eapponi cotti. На слух почти неразличимо!
— Так что же? — поторопили рассказчика, уже ожидая забавного окончания истории.
— А священник так и сделал! — засмеялся рассказчик, — Привёз епископу жареных каплунов! Епископ долго смеялся, когда тот рассказал ему свою историю, и заметил, что этот священник понял смысл его приказа гораздо правильнее остальных!
— А-ха-ха!!! — вновь прокатилось по залу, — О-хо-хо!
— Опять про еду! — отметил я про себя.
— А я вам ещё один случай расскажу! — улыбнулся заранее третий из собравшихся.
— Ну-ка, ну-ка?..
— Один монах должен был сказать народу проповедь на день святого Стефана. Но… час был поздний, многие из священников были голодны… И вот, пока монах поднимался на возвышение, то один священник, то другой, торопливо шептали ему на ухо, чтобы он не затягивал со своей речью. И так с десяток раз! Бедный монах понял, что надо торопиться! Поднялся на кафедру, поглядел на народ и заявил:
— Братья! В прошлом году, на этом самом месте, я очень подробно рассказывал вам о святом Стефане, о его деяниях и явленных им чудесах. Думаю, вы все помните это выступление. Но, с тех пор, святой Стефан не сделал ничего нового! Так что, осените себя крестным знамением и прочтите молитву покаяния!
И пошёл с кафедры…
