— А-ха-ха!!! О-хо-хо!!! Великолепная проповедь!!!
Я заметил, как помрачнела Катерина, услышав этот рассказ. Но я-то здесь при чём⁈ Это, между прочим, видные епископы и кардиналы! А если они сами над своими проповедями смеются, то я не виноват!
Кстати, что-то они, вино пьют, а закусывают слабо! Ну, да, разве это закуска — жареная камбала? Но тогда и вина надо пить меньше? А эти себя не ограничивали! Поэтому и рассказы пошли всё более откровенные…
— По поводу проповеди! — начал ещё один, — Один из монахов проповедовал народу в Тиволи. И очень сурово изобличал супружескую неверность. Вот только за собственными словами монах следил очень плохо! И заявил, что предпочёл бы иметь дело с десятью девушками, чем с одной замужней женщиной…
— Правильно говоришь!!! — заорали собравшиеся мужчины, — Верно мыслишь!!! Девки лучше!!!
Только тут монах понял, что ляпнул глупость!
— А-ха-ха!!! О-хо-хо!!! Хе-хе-хе!!!
— Кстати, о женщинах! Есть у меня один земляк, по имени Пьетро, он и рассказал мне эту историю. Были у него делишки с женой одного крестьянина… Надо сказать, крестьянин был весь в долгах и часто ночевал в поле, чтобы его не нашли дома кредиторы. В такие дни Пьетро и похаживал к его жене! И вот однажды, как раз когда любовники собирались возлечь на постель, явился муж. И, чтобы вы думали? Жена быстро спрятала Пьетро под кровать, а как только муж вошёл в дом, принялась его отчаянно ругать, мол только что приходил подеста со стражниками! Они обыскали весь дом, надеясь тебя найти! Обещали вернуться и ещё раз всё хорошенько обыскать! Если тебя найдут, то кинут в тюрьму! Бедная я, бедная, за что мне такое наказание⁈
Крестьянин растерялся. Городские ворота к тому времени заперли и вернуться в поле он уже не мог. Что же делать⁈
— Полезай на голубятню! — посоветовала жена, — Я запру снаружи дверь, и уберу лестницу. Никто и не подумает, что ты там!
И, что бы вы думали? Всю ночь любовники наслаждались друг другом, а бедный муж дрожал от страха среди голубиного помёта!
— А-ха-ха!!! О-хо-хо!!!
— Ах, братия, надо сказать, женщины вообще сметливы и остры на язык! Довелось нам с группой священников плыть на барке по реке По в Феррару. И так случилось, что с нами плыли две куртизанки, из тех, что предлагают себя мужчинам за деньги. А на берегу стояла женщина, и смотрела на нас. И вот, представьте, она вдруг кричит:
— Эй, глупые, зачем вы везёте блудниц с собой? Неужели вы думаете, что в Ферраре их мало? Их там больше, чем порядочных женщин во всей Венеции!
— А-ха-ха!!! О-хо-хо!!!
— А вот, был ещё один случай! Дело было в Тоскане. Служил там в богатом приходе священник. И, понятно, сам был не беден. Умерла у него собачка, а он возьми и похорони её на кладбище! Услышал об этом епископ, и, понятное дело, разозлился. Вызвал священника к себе. Ну, тот не будь дурак, прихватил с собой пятьдесят золотых дукатов! И вот, епископ сурово упрекает его, а священник и говорит:
— Эх, святой отец! Если бы вы знали, какая это была умная собачка! Совсем как человек! Не поверите, она ведь завещала вам пятьдесят золотых дукатов! Я их и с собой привёз! Но если вы не верите… если вы её завещание не одобряете…
— Одобряю! — тут же заявил епископ, — Если такая умная собака… как человек… то одобряю! И похороны, и отпевание, а главное — завещание!
— А-ха-ха!!! О-хо-хо!!!
— Пойдём отсюда! — шепнула Катерина.
И вид у девушки был такой понурый и затравленный, что я тут же согласился:
— Пойдём!
Мы вышли из трактира, но нет-нет, до нас и докатывались громкие голоса, разгорячённые вином, и раскаты хохота:
— … и после проповеди, обращается к народу: «Люди добрые! Освободите меня от большого недоумения. Я выслушал исповеди всех вас. Все женщины, как одна, утверждают, что были верны мужьям, а все мужья, утверждают, что грешили с чужими жёнами. Люди добрые, скажите, где же живут эти „чужие жёны“, в Перужди, о которых я не знаю, и которые не пришли на исповедь⁈».
— А-ха-ха!!! О-хо-хо!!!
— … и пользуясь легковерием женщины, священник дважды удовлетворил свою похоть, а женщина всё время думала, что это наваждение!..
— А-ха-ха!!! О-хо-хо!!!
Катерина ёжилась и страдальчески оглядывалась.
— Пошли, навестим канцелярию! — предложил я.
— Рано ещё… Разве что, дней через пять?
— А что ещё делать?
— Ну… пошли…
Глядя на нас совершенно круглыми от изумления глазами, канцелярист сказал нам, что папа готов принять нас завтра. В церкви Санта-Мария-де-Реголи. Ровно в полдень. Вас встретят и проводят. И вообще… такого ещё не было!!!
— Уже было! — одобрительно улыбнулся я ему, — Только что!
Завтра⁈ Ну, что ж! Значит, всё решится завтра!
