Девушка подошла к шершавому валуну, уходящему под воду, такому плоскому и широкому, что тот походил на черепаший панцирь.
— Отвернись, я стяну платье и прыгну в воду здесь.
Нортон отмер лишь после сердитого кряхтения. Парень даже чуть покраснел, сразу растеряв половину своей важности.
— Точно не смотришь?
— Не смотрю… Лисса, хватит уже, — Нортон сердито выдохнул, слыша смех девушки. — Ну держись…
А Лисса тем временем ловко стащила платье, кинула его на валун и рыбкой сиганула в воду, тут же уйдя с головой. Секунду она не понимала, что происходит, а потом тело само всплыло и в носу стало щекотно от соли. Лисса, смеясь, начала отплевываться и водить руками по водной глади. Было совсем не холодно, а вечер ударил малиновыми лучами в спину.
— Эй! Тут правда здорово, — крикнула Лисса, — Норт, иди сюда. И дна совсем нет. Я не достаю!
Она помахала, отплывая дальше от берега. Огнев неторопливо расстегнул первые пуговицы рубашки, кидая ее поверх пиджака. Его движения стали какими-то рубленными и растеряли половину прежней сноровки.
— Что? Тоже отвернуться? — Лисса хотела усмехнуться, но в рот как назло попала вода.
— Если тебе охота подглядывать, — Огнев уже снял рубашку и теперь застыл в нерешительности, но потом махнул рукой, взявшись за ремень.
Лисса закружила по воде, чувствуя себя русалкой с гривой медных кудрей. Такие обычно утаскивают на дно влюбленных юношей, где дарят последний сладкий поцелуй… Девушка хищно улыбнулась, наблюдая, как Огнев аккуратно спускается в воду.
— Долго еще ждать? — стоило ей спросить, как парень разом ушел под воду. Даже светлая макушка потерялась в свинцовых волнах. — Эй! Не плыви ко мне!
Лисса изо всех сил погребла в сторону. Ей уже чудилось, как из ниоткуда возникают руки и утаскивают ее под воду, а там начинают крутить, трепать и так пока все пузырьки воздуха не иссякнут… Ну уж нет.
— Попалась! — Норт как ни странно выбрал другую тактику.
Он вынырнул почти перед ней и просто обнял Лиссу, обжигая своим жаром. Девушка так растерялась, что просто зависла в воде, изредка перебирая ногами.
— Знаешь… сегодня такой закат, я только сейчас заметила, — тихо сказала она, кивая за спину Огневу.
Огромное гранатовое солнце почти утонуло за горизонтом, и только чайки еще мелькали в последних лучах. По всему морю пошли красные полосы, похожие на разлитую краску, а Лиссе она напоминали лисьи хвосты на снегу. Где-то вдали уже маячил рыбацкий парусник, вышедший на ночную ловлю… Девушка вдруг поняла, что Норт давно смотрит не вдаль, а на нее. И чужие руки все еще сжимают ее плечи.
— Хочешь, мы больше не вернемся в Чернолют? — тихо спросил он, как будто одна из чаек могла долететь до окон Нерейвы.
— И куда же мы направимся? — Лисса улыбнулась, зная, что вряд ли все это серьезно. Просто закат сегодня особенно чудный, так почему бы и не помечтать.
— А что, в мире мало мест, куда можно отправиться вдвоем? — Норт прищурился. Это был верный знак, что в мыслях у него не все гладко. — Лисса…
Солнце начало пропадать, и море стремительно чернело.
— Лисса… скажи «да» и все… я обещаю тебе…
— Что, Нортон? — девушка усмехнулась, — что ты можешь мне обещать? У таких как ты все в этой жизни уже обещано.
— Да ну? Я так не думаю.
— Жаль. А я думаю, что через год ты сделаешь предложение Нире, как того хочет Нерейва, а еще через год уже будешь отцом…
Лисса сама пожалела о своих словах. Но что ей еще оставалось? Огнев как будто не понимал, как ей самой хочется поверить ему. Поверить будто одно слово может все исправить и разрушить как карточный домик давно выстроенные подпорки, сдерживающие их.
— А может, через год я буду отцом наших детей? Ты не думала об этом?
На миг ей показалось, что он говорит серьезно… и этот миг был так сладок, что она почти ухватилась за него, но вдруг перед глазами возник холодный прищур Нерейвы и ее надменный тон: «Ты можешь также легко лишиться всего, как и получила, милая. И решать это буду я».
Лисса как будто вновь очутилась под водой, но теперь никто не спешил вытаскивать ее. Она зависла и только могла, что выпускать из легких последние пузырьки. Она не может и не хочет решаться всего… не сейчас… и не так…
Прости, Нортон. Но не будешь.
— Давай лучше подумаем об этом на берегу… я замерзла. И уже темнеет. Разведешь огонь?
Нортон как будто наступил на морского ежа. Его лицо болезненно скривилось, но парень быстро взял себя в руки. Фамильная гордость, чтоб ее.
— Конечно, Лисса… Ты как всегда умнее нас обоих.
— Знаешь, я часто потом вспоминала тот вечер и мне казалось, что все могло бы быть по-другому, — ЧарДольская закусила губу.
— Многое в нашей жизни могло бы быть по-другому. Но я тоже о нем вспоминал и ругал себя. Надо было… — Нортон вдруг осекся, будто сказав лишнего.
— Говори уж, а то потом вновь будешь ругать себя. А я думать, как все могло бы быть.
— Надо было просто поменьше слушать матушку.
Лисса почувствовала, как молодеет и вновь улыбается, словно в спину им светит солнце, а за душой нет никаких ошибок. И впереди столько возможностей.
— Тогда бы у тебя не было Норта и Дейлы.
— И то верно… Значит, все сложилось, как надо?
