У турьей горки было «представление»: дядька в телогрейке вывалил в длинные деревянные ясли ворох сена. Туры и арахары с витиеватыми рогами теснились у «столовой», пихая друг друга и хватая белесые пряди пожухшей травы. Тонконогий козленок, пытаясь бодаться, отталкивал брата-подростка. Тот лениво отбрыкивался, не прекращая жевать. И только когда малыш с разбега ткнулся крошечными рожками в его мягкий бок, старший резко развернулся, выставил навстречу задире острые рога и сделал легкое пугающее движение. Козленок отпрянул, подпрыгнул на месте и помчался вверх по бетонной горе, оскальзываясь и высекая искры острыми копытцами. Зрители засмеялись.
- Ты – такой же! – раздался голос прямо над ухом у Мишки.
- Чего это? – недовольно обернулся тот.
Олег улыбался – не зло, не обидно, как-то по-родному.
- …Так… Маленький, забавный и задиристый.
Мишка на секунду тронул взглядом его дурманящие серые глаза, потом ответил без обиды:
- Повыше некоторых буду! Дать? - и протянул стакан с поп-корном.
– Не в росте дело! – усмехнулся Олег. - Не, не хочу больше. Сам грызи, - обернулся с каким-то вопросом к Ярику и больше не смотрел на Мишку и не обращался к нему до самого дома.
«Продвинутый» в интернете Стас научил Самсонова искать автомобильные сайты. В предпоследнее утро «каникул» Мишка пил чай с бутербродами и листал на компьютерном экране картинки кабриолетов, когда Олег, выйдя из душа, окликнул его:
- Миш, глянь!
- Что? – рассеянно обернулся тот.
- СТОЯК! Блин, полгода, наверно, уже не было вот так – само по себе!
Мишка улыбнулся:
- Поздравляю! Видишь, неделя отдыха – и всё в ажуре!
Олег подошел к нему ближе и, заговорщицки понизив голос, предложил:
- А хочешь, я тебе СДЕЛАЮ?
- Что? – не понял Мишка.
- Приятное. Ты поймешь, для чего мужики друг с другом трахаются. Внутренний массаж простаты. Я умею.
Мишка отшатнулся:
- Ты чего? Не надо! Я – не пидор.
- Ладно, не пидор, - примиряющим голосом сказал Олег. – Расслабься, я шучу!
Мишка снова повернулся к компьютеру. А Олег защелкал кнопками мобильника:
- Ярик? Ну, чего у вас? Ага, я сейчас зайду! – и через две минуты хлопнул дверью.
Миша позвонил Кристинке и договорился ехать с ней в Сокольники на конкурс ледяных скульптур. От зарплаты осталось четыре с половиной тысячи рублей. Вздохнув, он положил в карман полторы. Олег не даст с голоду подохнуть! Воспоминание об Олеге было… непростым. Он заспешил одеться и уйти из дома.
Вместе с Кристиной поехала Оля. На правах кавалера Мишка для обеих покупал мороженое и горячий кофе в одноразовых пластиковых чашках. В Сокольниках гуляла ярмарка. Скоморохи зазывали покупателей. Оля прилипла к ларьку с разрисованной посудой. Мишка с Кристиной пошли искать укромное место, чтобы целоваться. Укромных мест в парке, видимо, в этот день не было. Зато Кристина, как завороженная, застыла перед прилавком с огромными шалями.
- Миш, какая красота! Посмотри, вот эта – мне идет? – спрашивала она, накинув на плечи алый павлово-посадский платок с кистями.
- Ах, как замечательно! – подначивал продавец. – Молодой человек, купите вашей девушке подарок! Она обворожительна! Такую красавицу нужно баловать!
Михаил покраснел.
- Кристин, у меня не хватит денег.
- Давай займем у Оли?
- Нет! – сказал он жестко. – Я не могу себе это позволить.
Она вздохнула, покрутилась еще перед зеркалом и, недовольно сдвинув бровки, достала из сумочки свой кошелек. Настроение у Мишки испортилось.
- Поехали домой!
- Ты чего? Сейчас ведь все только начинается! – откликнулась она, поправляя на плечах шаль.
- Ты как хочешь, а я уехал!
Дома никого не было. Мишка злился на себя за нелепо потраченные деньги и, чтобы отвлечься, занялся стиркой и уборкой. Потом долго тупил перед телевизором. Олег пришел поздно.
- Что злой такой? Все деньги потратил? – он сразу заметил Мишкино унылое настроение.
- Нет. Отвяжись.
Олег ушел в душ. Потом возился на кухне. Мишка зачем-то пришел туда и встал в дверях, долго стоял молча, а потом, неожиданно для себя, спросил:
- Ну что, Ярику понравилось?
- Что?
- То, ради чего мужики трахаются?
Олег не в первую секунду понял, о чем разговор. Потом улыбнулся:
- Нет, Ярику не обломилось.
- Что так?
- Ярик – друг.
- А – я? – тихо спросил Мишка, придвигаясь к Олегу.
- Ты – тоже. Ты…. Я не знаю.
- Не друг, а КТО? – щеки у Мишки горели, и сердце стучало. Но отступать не хотелось. Хотелось придвинуться еще ближе, чтобы ощутить на своей щеке его дыхание.
- Пожалел, что отказался? – в глазах Олега метались лукавые искорки.
- Пожалел. СДЕЛАЙ, а? Хочу понять, зачем….
- Нет, уже не стоИт же. И, вообще, лот снят с аукциона, - ответил Олег, пряча взгляд. – Не пидор, значит, не пидор.
- Ты просто нахвастался, а сам не умеешь ни хрена! – с вызовом сказал Мишка.
- Думай, как хочешь,… - Олег совсем опустил лицо, и Мишке не было видно его выражения. Ему хотелось коснуться Олеговой руки, хотелось поднять его за подбородок и еще раз близко посмотреть в эти серые глаза, от взгляда которых сбивается дыхание. Но, зная, как друг относится к прикосновениям, он так и не решился это сделать.
