О клинках и крыльях полностью

Меня не удивляет, что, когда я прихожу в нашу комнату, Нави уже не спит. Шторы открыты, и внутрь струится слабый, пытающийся пробиться через окружающую Фезерблейд крону, утренний свет. Нави смотрит на охапки одежды у меня в руках.

— Ты где была? — спрашивает она, полностью одетая и вооруженная.

Я демонстративно приподнимаю одежду.

— А как ты думаешь?

Я открываю свой сундук и складываю туда все, кроме штанов и рубашки, которые надену сегодня, и ремня, кожаной брони и носков, которые пойдут под удобные сапоги Сарры. Нави наблюдает за мной пару минут, потом закатывает глаза и выходит из комнаты.

— Хвала великим кошкам Фрейи, — бормочу я, вытащив из кармана зеркальце и стаскивая с себя платье.

Ощущение прохладной эмалевой поверхности зеркальца в руке заставляет меня остановиться. Носить его с собой точно не вариант — мне повезло, что я его до сих пор не сломала. Но оставить здесь… Чувствуется так, будто я стану еще дальше от Фрейдис.

Может, использовать его?

Я почти его открываю, но нервы берут верх. Убеждая себя, что сейчас нет времени, я раздумываю, спрятать его под подушку или под матрас. Но оба эти варианта слишком очевидны. Вместо этого я аккуратно заворачиваю его в остатки блестящего платья и прячу на самом дне сундука.

Мне на глаза попадается жезл Элдриха, тоже лежащий в сундуке. Я чувствую укол грусти о том, кого даже не знала, а потом мне в голову приходит мысль. Может, Сарра знает, как быть с жезлом? В конце концов, она Отмеченная Рунами Двора Земли, а это — жезл фейри Двора Земли.

Я моюсь и одеваюсь за рекордно короткие сроки, и спускаюсь в Обеденный зал к завтраку раньше нескольких других фейри. С надеждой я обхожу столы, держа поднос с горячей овсянкой и фруктами, но никто не дает понять, что хочет, чтобы я села рядом. Сегодня больше фейри сидят группами, больше тех, кто разговаривает друг с другом. Я сажусь в конце стола, где меньше всего народу, и улыбаюсь фейри Двора Земли, сидящему напротив. Он слабо улыбается в ответ, и молча продолжает есть свой завтрак. Я замечаю, что Эльдит ищет, где сесть, но увидев меня, поворачивается и идет в другой конец зала.

Сегодня утром мы изучаем древние руны. Мы входим в незнакомый нам зал прямо из Великого Чертога Одина, и когда я вижу вырезанные над дверью слова «Владение ученого», меня переполняет предвкушение. Стены этой круглой комнаты полностью покрыты рисунками. Нет и дюйма на деревянных панелях, не покрытого рунами. Мне известны примерно девять десятых из них, но та одна десятая, с которой я пока не знакома, заставляет мой ум работать с невероятной быстротой. Я забываю обо всем вокруг, восхищенно обводя руны пальцами.

Брунгильда появляется через пару минут после того, как мы вошли в комнату и урок начинается. В другой ситуации мне было бы сложно сидеть на месте два часа, но сейчас время летит быстро, потому что мне интересно буквально все, что она говорит. Раз за разом я проигрываю битву с собственным разумом. Желание поискать в галерее что-то, упомянутое Валькирией или руну, которая мне не знакома, слишком сильно, чтобы бороться. Все остальные делают записи или смотрят на Брунгильду, но только не я. Каждый раз, когда я приношу из галереи воспоминание, особенно когда оно в виде бумаги и в моих руках появляется сияющий листок, я прикладываю все усилия, чтобы никто этого не заметил.

Проговорив примерно час, Брунгильда объявляет, что мы должны выполнить письменный тест.

— Это позволит разбить вас на группы для дальнейшего изучения языков и истории Иггдрасиля, — говорит она, пока остальные огорченно вздыхают.

Я не вздыхаю. Это то, в чем я могу преуспеть. Мне не нужно быть сильной, не нужно быть быстрой, не нужно пытаться никого бить, чтобы стать в этом лучшей.

Мне просто надо оставаться в сознании.

Брунгильда раздает всем листы пергамента с вопросами. Большинство из них о том, какое значение имеет та или иная руна, а некоторые, наоборот, о том, какая руна подойдет, чтобы обозначить те или иные вещи. Я отвечаю на все вопросы, на 4 самых сложных ищу ответы в галерее. Я уверена, что на все ответила верно. Оглядевшись по сторонам, я вижу, что сидящие рядом фейри едва ли добрались до середины пергамента. Я не хочу выделяться или привлекать лишнее внимание, так что делаю вид, что все еще записываю ответы.

Тем временем, Брунгильда смотрит на меня. Она знает, что я уже закончила. Заметила ли она, что я отключалась, чтобы найти ответы? Я уверена, что то, что она увидела на лужайке во Дворе Льда, было с помощью ее валь-тивар, который, думаю, имеет вид совы. Подозреваю, она знает обо мне больше, чем я сказала бы ей.

Но была бы я здесь, если бы она не применила тогда свою магию, какой бы она ни была? Не знаю. Но мне известно, что с тех пор она ни разу не посмотрела на меня с теплом.