О клинках и крыльях полностью

У меня пробивается слабая мысль о том, что мне надо думать, что я буду делать дальше, но тут моя мать встает. Следом встает отец, и все в зале смотрят на них.

— Мы выйдем наружу, — говорит Король так, будто это его идея.

Они с матерью спускаются с помоста, и вместе со стражами и моей сестрой направляются к выходу через огромную арку, ведущую в покрытый инеем внутренний дворик. Остальные фейри послушно следуют за королевскими особами к выходу из бального зала, и воздух гудит от их любопытного и напуганного шепота.

Облако тьмы и света тоже следует за ними, будто жидкость перетекая сквозь высокий дверной проем и снова превращаясь во вращающуюся массу снаружи, контрастно-темную на фоне всегда бледно-голубого неба нашего Двора.

Я бегу следом за остальными фейри, покидающими бальный зал и оказавшись в холодном дворике, понимаю, что все, кто вышел раньше меня, стоят между мной и моей семьей. Может, я и просто служанка, но я служанка долбаной принцессы.

— Я должна быть подле госпожи, — говорю всем, кто смотрит на меня, пока я проталкиваюсь к семье через застывшую в благоговении толпу. Добравшись в первые ряды, я понимаю, почему никто не двигается.

Сияющая масса тьмы остановилась на покрытом инеем газоне, в середине которого открылся портал. Там, где раньше был фонтан с гигантским лебедем, теперь зияет огромное вращающееся окно прямо в другой мир.

Совершенно изумленная, я озираюсь вокруг и замечаю на опушке леса пятерых существ, тоже разглядывающих нас.

Судьбы святые, я смотрю на настоящих крылатых Стражей Одина.

Эрик Добрый стоит в центре, и теперь я своими глазами вижу цвет его крыльев, который не смогла найти в описании. Массивные, густо покрытые перьями и украшенные множеством золотых колечек, крылья облегают его стройное тело по бокам.

Справа от Эрика — Харальд Огромный, и он по меньшей мере на фут выше любого фейри, что я видела. Рядом с ним Вальдис, которая кажется крошечной на фоне крупного Харальда, но у нее такое свирепое выражение лица, что я ни на секунду не ставлю под сомнение то, что ее хрупкое телосложение ничем не мешает на поле боя. Брунгильда, невероятно элегантная, с переливающимися серебром крыльями за спиной, стоит слева от Эрика.

Когда я вижу последнего фейри, у меня перехватывает дыхание.

У него нет крыльев.

Я уверена, что он тоже Страж Одина, но у него на плечах нет ни единого перышка. У него бронзовая кожа, волосы цвета пепла и самые яркие серые глаза, что я когда-либо видела. Каким-то образом со своего места я могу видеть их во всех деталях, и это удивительно, но он тоже смотрит в упор на меня.

Должно быть, это Каин, фейри Двора Огня. Но где же крылья? Желание вернуться в галерею и выяснить, как кто-то мог стать Валькирией, но при этом не иметь крыльев, становится слишком сильным. Я сдерживаю его изо всех своих сил, и упускаю момент, когда отец начинает говорить.

— Добро пожаловать, стражи Одина. Мы не ожидали вас.

Долбаное преуменьшение века.

Харальд выходит вперед, и мне приходится перевести взгляд с фейри Двора Огня на фейри Двора Тени. У него волосы цвета воронова крыла, заплетенные в косы с серебряными бусинами на концах, белая кожа, на лице широкие мазки черного боевого раскраса, а крылья темно-коричневые, почти как мех. Он выглядит огромным и грозным, но вместе с тем изящным.

— Наши планы изменились, — гремит он, — мы забираем оставшихся рекрутов Фезерблейда сегодня вечером.

От его слов мои мышцы обдает холодом, кожа напрягается.

Вечером?

Они забирают Фрейдис сегодня вечером.

Я думала, у меня есть еще несколько часов, но она отбывает уже сегодня вечером, и я ничего не могу сделать, чтобы остановить это.

Между нами, все еще человек пять, и пока я проталкиваюсь мимо них, все так же застывших в удивлении, сестра уже начинает идти вперед.

— Это честь для меня, — говорит она, преклоняя колено в чересчур благоговейном поклоне.

Харальд секунду смотрит на нее, потом достает кусочек кожи с нашитыми небольшими камушками. С моего места мне видно только то, что на каждом из них начертана руна.

Ни одной из них я не знаю и снова чувствую порыв любопытства. Я хочу, мне срочно нужно узнать, что значат руны.

И пропустить то, что будет дальше, не увидеть, как уедет сестра? Я упрекаю себя, заставляя свой фокус внимания оставаться в реальности. Самой невероятной реальности.

Фрейдис берет кожаную полоску, и выражения лиц всех Валькирий меняются. Ну, всех кроме фейри Двора Огня, который все еще смотрит на меня, не отрываясь.

Харальд смотрит через плечо на Эрика, очевидно, безмолвно общаясь с ним.

— Что-то не так, — говорит Брунгильда.

Ее голос одновременно мелодичный, успокаивающий и вдохновляющий. Я вспоминаю, что недавно прочла в документе. Брунгильда знаменита своим даром предсказывать будущее, таким же, как у Высших фейри.