–Возможно, возможно! – подскочил вслед за мной ПОЭТ. – Действительно, Сир! Следует прогнать искомое сырьё трижды, можжевельник туда не добавлять. Полученную жидкость предлагаю настоять на сборе каких-нибудь трав, смягчающих вкус напитка, а потом разбавить до сорока – сорока пяти градусов чистой ледниковой водой. И всё! Не надо больше никаких извращений!
–Боже мой, как же мы до этого не додумались раньше!? Идиоты! – я в отчаянии схватился за голову. – Давимся этой гадостью вот уже сколько времени! Ну, какие же мы идиоты, однако!
–Сир, Вы явно не идиот, а вот я конченный идиот.
–На основании чего вы делаете такой крайне печальный вывод, сударь? – поинтересовался я.
–Понятно, на основе чего, Ваше Величество, – скорбно произнёс ПОЭТ. – Как это Вы меня лихо разоблачили! Прошу Вас, поведайте мне, на чём я прокололся?
–Всё очень просто. Кукуруза…
–Извините, Сир, при чём тут кукуруза?
–Кукурузу в Европу привезли испанцы после открытия Нового Света, то бишь, Америки. До определённого времени о кукурузе в Старом Свете ничего не знали. Острова, на которых мы с вами находимся, явно выдернуты из раннего европейского средневековья. Какая там могла быть кукуруза!? Вы хоть раз видели здесь кукурузу?
–Нет, не видел. Резонно, резонно, Сир, – вздохнул ПОЭТ. – Подождите, подождите! Но Вы же разоблачили меня намного раньше разговора о кукурузе!? Ведь так!?
–Кукуруза лишь подтвердила мои подозрения в отношении вас. На чём они основывались? Да ни на чём конкретно до поры до времени! На предчувствиях, на подсознании, на интуиции. И вообще, с самого начала вы вели себя несколько странно, умник вы наш. Все списывали эти странности на вашу тонкую и не совсем нормальную поэтическую натуру, но меня-то не проведёшь! – весело произнёс я. – А помните, в библиотеке БАРОНА вы сказали, что цифра семь – это число Бога, а число двадцать один, то есть три семёрки, – число сильного Бога? Эти рассуждения совершенно чужды данному миру. Да, и ещё, и самое главное! Это ваше внезапное исчезновение! Все всё тщательно обшарили, перевернули всё вверх дном, но вас не нашли! А как можно незаметно и тихо исчезнуть с корабля посреди бескрайнего океана, минуя перед этим бдительную охрану? Только если человек решил покончить жизнь самоубийством и бросился с этой целью в воду из окна каюты. Но вы у нас не такой. Значит, что остаётся? Как вы могли бесследно исчезнуть с галеры, не вызывая лишнего шума?
–Только посредством Пси-Телепортации, Сир, – поморщился ПОЭТ.
–Вот, вот! А, вообще, кукуруза во всей этой таинственной истории совершенно ни при чём, – ухмыльнулся я.
–Что, что, Сир?
–Картофель в Европу также завезли из Америки в пятнадцатом или шестнадцатом веке. Ну и что? Он здесь повсеместно распространён, мы его с вами неоднократно кушали, вот он на столе перед нами. Странная, однако, мешанина всего на этих удивительных Островах! А главное, я никак не пойму, почему здесь нет христианства!?
–Но как Вы догадались, Сир, что я именно Глорианин, а не Землянин? Не соратник МАГИСТРА, например? Я же мог воспользоваться Квази-Телепортацией.
–Вы по моему приказу находились под постоянным наблюдением Гвардейцев и пары агентов Тайной Службы, – ухмыльнулся я. – Что такое Квази-Телепортация? Ослепительный свет, перепады давления, завихрения, выкрики каких-то команд или паролей. Другое дело – Пси-Телепортация! Так, тихое действо, лёгкое смещение и дрожание воздуха. И всё…
–Понятно, Сир…
–Где Летопись и, главное, Цитатник? Я очень обеспокоен. Не побоюсь это сказать, но Цитатник я ставлю на одну доску с «Лунь юй», то есть с «Беседами и суждениями» Конфуция и с «Дао дэ цзин», то есть с «Книгой о Пути и благой силе» Лао-цзы! Да, да, не морщитесь!
–О, Сир, о Летописи не беспокойтесь! Она в надёжном месте. Собственно, и телепортировался-то я в основном для того, чтобы уберечь её от возможной утраты в ходе предстоящего сражения. Кто знает, как всё сложилось бы. Ну, и, чего здесь скрывать, я очень опасался за свою жизнь. Можно было и не уцелеть в такой ужасной мясорубке. Вон, что осталось от флота. Жить, знаете ли, очень хочется!
–Но вы же Бессмертный, если входите в Совет Тридцати?
–Эх, Сир! Абсолютно бессмертны только Вы со своей РЕЛИКВИЕЙ, – грустно ответил ПОЭТ. – Я бессмертен относительно. В случае чего, конечно, быстро восстановлюсь, но голову мою то же ядро оторвёт в два счёта. Чпок, чмок, и конец! Или какой-нибудь лихой пират чиркнет по ней секирой. Чмяк, и нет Бессмертного. Вот так!
Мы снова задумчиво помолчали.
–Ну что же, я вас понимаю. У самого раньше аналогичные мысли крутились в голове. Давайте выпьем. Кстати, как вас на самом деле зовут?
–Никак, Сир. У нас нет имён в обычном земном понимании. Можете называть меня Третьим Советником, а лучше всего пускай для Вас и для всех других людей я буду по-прежнему ПОЭТОМ. Это имя мне нравится.
–Третий Советник… Почему именно Третий? Мне больше нравится цифра Семь. Мистическая, божественная цифра.
–Да, Сир. Семь дней Творения, семь Ангелов Апокалипсиса, семь Чудес Света и так далее и тому подобное. А почему Вы упомянули эту цифру?
–Да, так…
