– Я так считаю, начальник, никакого вреда от меня не было, а только польза. Мы вроде этой «Скорой помощи», которая только что проехала, особенно для командированных и молодёжи, у которых с сексом проблемы.
Надо вам сказать, уважаемый читатель, что в самом начале 90–ых годов прошлого столетия российская Фемида по указанию вышестоящей организации заперла свои весы в сейф, сдала ключи впредь до особого распоряжения и снова натянула на глаза повязку. Во всю силу заработал волчий закон джунглей. Началась приватизация.
В то же время резкое сокращение рабочих мест с достойной оплатой труда, бешеная инфляция и желание заработать вышвырнули на панель целую армию молодых женщин, среди которых встречались весьма незаурядные.
– Душно у вас, гражданин начальник. Можно я плащ сниму?
– Пожалуйста, вон вешалка.
Она встала, небрежным движением, сбросила плащ с плеч, и все увидели красную юбку, обтягивающую крутые бедра, и полупрозрачную розоватую кофточку, под которой угадывалось упругое женское тело. Затем она развернулась и прошлась по комнате в туфлях на шпильках, красиво покачивая бедрами и играя ягодицами, как это делают опытные стриптизерши на подиуме, перед переполненным залом разгорячённых мужчин, с волнением ожидающих представления.
Она подошла к висевшей на стене вешалке, нижние крючки которой были заняты, и потянулась к верхним, отчего её и без того короткая юбка задралась, обнажив немного полные бедра, как у Мэрилин Монро, повесила плащ, такой же походкой вернулась и села на стул, небрежно положив ногу на ногу.
– Так ты вроде как мать Тереза? – спросил Горевой после некоторой паузы.
– Тебе видней, начальник, кому, может, и Тереза. Вот тебе, вижу, мои услуги не нужны. Сидишь расслабленно, спокойно, смотришь изучающе. Женат, вон у тебя кольцо на пальце, да я без кольца вижу, что женат. С женой у тебя любовь да совет.
Горевой усмехнулся:
– Да ты гадалка?
– Не угадал, начальник. Я на зоне кое-какие книжки почитывала, было время и почитать и подумать, повышала, так сказать, квалификацию. Вот про этих троих – указала она на оперативников и судмедэксперта, – ничего определенного сказать не могу, врать не буду, с интересом смотрят и слушают, хотя в штанах у каждого, наверняка «петушок закукарекал». А этот, – ткнула она пальцем в Капустина, сидевшего на диване нога на ногу, – точно мой клиент: гляди, как напрягся, глазищами прямо раздевает, думает, я не вижу.
Капустин, бывший уже третий месяц в разводе, поставил обе ноги на пол и отвел взгляд в сторону.
– А на зону как попала?
– Как? Да очень просто: мой ментяра меня и сдал. Не люблю извращенцев.
– Что ж вы после освобождения в уборщицы подались?
– А меня каждая собака знает, навесят рецидив, и в пионерлагерь на исправление. А на панели стоять – у меня уже года не те. Я когда-то текстильный техникум закончила, но Стахановки-Гагановки из меня не вышло. Я ведь только это самое и умею, но это, поверь, я делаю по высшему классу. Чего смотрите, пацаны? Может, попробовать хотите? С вас по четыре тысячи за час с каждого, – обратилась она к муровцам. – Такому научу: жена всю жизнь благодарить будет. Ещё какие вопросы?
– Больше пока никаких, но домой не уходите, подождите в торговом зале.
– Интересная женщина, и красивая, а? Как она нас всех? – сказал Василий, после того как дверь за уборщицей закрылась. – Леонид Семенович, вы как считаете?
– К сожалению, да. В другое время осчастливила бы какого-нибудь хорошего человека. Однако, продолжим! Вася, ты ближе всех к дверям сидишь, позови сюда этого «прораба перестройки»!
– Виктор Петрович, мы сейчас небольшое совещаньице устроим, минут на сорок пять. Нельзя ли чайку организовать?
– С превеликим удовольствием! Можно даже с конфетами.
Через несколько минут на столе появились наполненный водой самовар, который сразу же включили в розетку, чашки по числу находившихся в кабинете людей, ваза с конфетами, большой заварочный чайник и пачка хорошего чая.
Дверь в кабинет закрылась.
– Начнём, пожалуй, ребятки! Я прошу вас всех и каждого в отдельности на основании того, что вы сегодня видели, слышали, о чем подумали, постараться составить полную картину преступления. Тебя, Виктор, это не касается, ты занимаешься другим, если хочешь, просто посиди и послушай.
– Есть такая детская игра: из квадратиков, на которых изображены отдельные детали, надо собрать всю картинку, – сказал Вася.
– Очень похоже, только в игре картинка уже есть, а у нас одни квадратики. Другими словами, я хочу услышать от вас рабочую версию. Давайте, как принято в армии, начнём с младшего по званию. Слушаем тебя, Вася!
Вася, кандидат в мастера спорта по дзюдо в полутяжелом весе, недавно закончивший школу милиции, начинать не спешил.
Леонид Семёнович, подбодрил:
– Давай, не стесняйся, если что не так – мы поправим.