Приехав в Москву, я встретился с ответственными работниками Министерства сельского хозяйства СССР, в том числе с заместителем министра т. Мацкевичем. Последний сказал, что министерство не поддерживает слияния ВИГИСа с другими учреждениями, а вопрос идет лишь о переселении его в здание института дерматологии. Придя к начальнику ветеринарного управления т. Голощапову, я узнал, что создание Всесоюзного института паразитологии — его инициатива. Голощапов решил привлечь меня на свою сторону, доказывая, что подобный институт будет обладать большей солидностью, мощностью и комплексностью. Однако его доводы меня не убедили. Я утверждал, что необходимо сохранить самостоятельность ВИГИСа. В итоге Голощапов со мной согласился и сказал, что настаивать на своей точке зрения не будет. Итак, вопрос о ВИГИСе был разрешен, и я вернулся в Майори.
Получил сердечную телеграмму от Секретариата ЦК Коммунистической партии и правительства Киргизии с благодарностью за работу в Кирфане. «Будем всегда рады видеть Вас во Фрунзе как дорогого гостя», — этими словами заканчивалась телеграмма. Я сердечно поблагодарил за внимание и доброе отношение. Оглядываясь на 9 лет работы в Киргизии, должен сказать, что партийные и государственные органы республики уделяли мне исключительно большое внимание, всячески помогали осуществлять те цели, которые я ставил перед собой как председатель Киргизского филиала Академии наук.
Интересным событием 1952 года была для меня поездка в Болгарию на месячник болгаро-советской дружбы (я возглавлял делегацию деятелей советской культуры). В составе делегации — П. Н. Федосеев, тогда член-корреспондент Академии наук СССР, Н. К. Гончаров — член-корреспондент Академии педагогических наук, агроном Н. П. Сергеев — депутат Верховного Совета СССР и другие, всего 8 человек.
15 сентября мы прибыли в Софию. Сюда же приехала группа советских артистов под руководством композитора Н. Н. Крюкова. Мы объединились. В тот же день советская делегация возложила венки у мавзолея Димитрова и на могилу Коларова, посетила Музей революционного движения в Болгарии. Вечером в здании городского театра состоялось открытие месячника болгаро-советской дружбы и советской культуры. В президиуме — члены Политбюро ЦК КП Болгарии. С докладом на тему «Болгаро-советская дружба — решающее условие построения социализма в Болгарии» выступил министр иностранных дел доктор Нейчев.
На следующий день каждый из нас занялся своим делом. Я поехал в Академию наук Болгарии, познакомился с большим другом советского народа президентом АН Тодором Павловым. Он собрал коллектив Академии и просил меня выступить с докладом. Я рассказал о роли Академии наук СССР в строительстве советской гельминтологии, о том, что наша советская Академия наук 10 лет назад признала целесообразным развернуть на базе отделения биологических наук специализированную гельминтологическую лабораторию (ГЕ-ЛАН), которая стала центром развития теоретических основ гельминтологии. Я высказал пожелание, чтобы аналогичная лаборатория была создана и в Болгарской Академии наук. Мне показалось, что эта идея понравилась и Тодору Павлову и профессору медицинской академии Хаджиолову, гистологу по специальности.
На следующий день ко мне пришел профессор паразитологии Константин Матов. В 1936 году, когда я приезжал в царскую Болгарию, он оказал мне большую помощь. Матов и его два ассистента, Васильев и Вишняков, рассказали о положении ветеринарии и гельминтологии в Болгарии.
Мы побывали в г. Пловдизе, а оттуда поехали в новый город Димитровград. Город бурно строился, на азотнотуковом комбинате нас радушно встретил тысячный коллектив, это была главным образом молодежь. Снова цветы, дружески теплые речи, возгласы «Вечна дружба!», крепкие рукопожатия. Все это создавало непринужденную атмосферу и вместе с тем подчеркивало политическую значимость происходящего.
Назавтра мы посетили трудовое кооперативное земледельческое хозяйство — Брестовицы. Дорога до Брестовиц удивительно красива. Вокруг сплошные виноградные плантации. На главной улице нас встретили крестьяне с цветами в руках. Живет в Брестовицах 5 тысяч человек, и мне казалось, что все они вышли на встречу с советскими людьми. Всюду раздавались бурные аплодисменты и возгласы «Вечна дружба!». Ко мне подошла болгарка с огромным караваем и солонкой, произнесла теплые слова, преподнесла хлеб-соль. Я держал ответную речь — снова овация.
