Так и есть, ещё издали он увидал белые, но сильно запылённые «морды» тягачей с никелированными цистернами на сорок кубов. Они были так высоки, что их даже поверх домов было видно. Конечно, колёса-то у машин в человеческий рост. У каждого ещё и прицеп на двадцать кубов. Шестьдесят кубометров воды, в поезде пять машин.
В Соликамске воды для бедных и из реки хватает. Ничего, попьют очищенную от амёб, тем, у кого нет денег, и желтоватая вода с горчичным привкусом пойдёт. То, что лёд из неё плохо получается, тоже ничего, нищие и тёплую пить будут. А вот тем, у кого деньги есть, подавай чистую, артезианскую.
Горохов даже не стал считать, сколько в Соликамске стоит такой поезд. Очень большие деньги. А кроме тягачей ещё и бронетранспортёры, разведывательный багги, транспорт, цистерны с горючим. Охрана не маленькая, это большой секрет, правда, о котором все знают, на таких поездах в оазисы привозят ещё и наличные деньги, а увозят цветнику, поэтому охрана тут серьёзная. В общем, всё это на главной улице. И пыль вокруг стоит до неба.
Горохов остановился у банка, а там очередь, даже в холл не войти. Очередь в банк города Губахи! Видно, сегодня день получки у буровиков, а ещё приезжие на автопоезде разменивают своё серебро на местную мелочь. Геодезист занял очередь и отошёл в тень, стал смотреть на столпотворение, он и представить не мог, что в такую жару, тут, на солнце, может собраться столько людей. Да и не в жару. Как в Губахе может быть столько людей вообще?
По улице, поднимая пыль, сигналя без перерыва, катит машина, длинная, дорогая с застеклённой кабиной и кондиционером. Она останавливается у головы колонны прямо напротив банка. Это не Ахмед. Из машины выходит высокий человек в полном бронежилете. Разминает ноги, подтягивает ремень. Поправив на плече винтовку, идёт вдоль остановившихся тягачей.
Это не кто иной, как пристав Меренков. Горохов сразу решает с ним заговорить. В этом не было необходимости, но нужно, что называется, «лезть на глаза». Когда ты на глазах, то у людей меньше к тебе вопросов. Он догоняет пристава и, сравняв шаг, заговаривает:
– Господин пристав.
– А, ты, геодезист, – у пристава глаз намётанный, он узнаёт Горохова и в маске, и в очках, – как твоя рука?
– Уже нормально, спасибо.
– Нормально, а чего ты тогда не на работе?
– Послезавтра выхожу, – говорит Горохов. – Послезавтра начинаем демонтировать вышку.
– Ну, хорошо.
– Господин пристав.
– Ну?
– Я вам про осиное гнездо говорил.
– Помню. Я тебе гранту на то дал. Взорвал его?
– Нет, ещё я…
– А чего тянешь? – Пристав остановился. – Ждёшь, пока заедят кого-нибудь?
– Вот я про это и хотел поговорить.
– Говори.
– Я зашёл в оружейный магазин брызгалку от ос купить. – Горохов лезет в карман и достаёт оттуда флакон с инсектецидом.
– Молодец, – говорит пристав, ничуть не считая Горохова «молодцом».
– Денег не было, я в долг взял.
– И что?
– Так рубль на счёт мне записали.
– А от меня-то что нужно?
– Может, поговорите с лавочником, чтобы списал долг, я ж не для себя старался…
– Слушай, геодезист, – не очень-то дружелюбно говорит Меренков, – я тебе задание дал, ты взялся. Давай-ка без всего вот этого, а? Долг тебе списать, ещё чего-нибудь сделать… Взялся-делай. И сделай так, чтобы потом не ходить и не клянчить помощи. Видишь? – Он указывает рукой на огромные машины. – Мне сейчас не до тебя…
– Значит, рубль мне не спишут? – Спрашивает Горохов.
Пристав только рукой махнул и пошёл по своим делам. Геодезист вздохнул, пошёл прятаться в тенёк и ждать своей очереди.
– У меня муж вернулся, – тихо сказала Людмила, когда клиент вышел из зала и его место у стойки занял Горохов.
– Прекрасно, – ответил он. – Муж вернулся, водный поезд пришёл, много всякого народа в городе. Приставу будет не до нас. Всё складывается удачно.
– Он вернулся с партнёрами, – продолжает она.
– С партнёрами? Кто такие?
– А, – она пренебрежительно машет рукой, – перекупщики. Спекулянты. Они приехали за этой цветниной. Пара барыг с охраной.
– Что за охрана?
– Четверо, хорошее оружие, бронежилеты, рации, всё такое. По виду бывшие солдаты.
Геодезист насторожился:
– Надеюсь, товар ещё там, – он кивнул на крепкую дверь хранилища.
– Ещё там, но сегодня после закрытия они придут его смотреть.
– Думаете, они сегодня его заберут?
– Не знаю. – Она смотрит на него с укором: «Я же говорила, что вчера нужно было всё делать».
– Вы будет присутствовать при торговле?
– Конечно, – с вызовом говорит Людмила.
Горохов чуть подумал, рассматривая крепкую дверь хранилища:
– Торговцы приехали с водовозами, уезжать будут тоже с караваном, так спокойнее, сегодня забрать товар не должны, охраны у них для здешних мест маловато, им нет смысла забирать его и самим охранять до отъезда, товар будет тут лежать. Но рассчитываться будут в день отъезда. Вы посоветуйте Брину залог вперёд взять. Хоть десять процентов.
– Зачем?
– Посоветуйте, посоветуйте. – Настоял Горохов. – Не выйдет, так не выйдет, а если выйдет…
– А если выйдет, ещё и залог прихватим?
Горохов не стал раскрывать ей свих мыслей, просто сказал:
