Сказка наконец поднялась, освобождая Брин. Морщась от боли, Брин отползла в траву на обочине дороги, зажимая ногу. По шее Сказки струилась кровь, но лошадь, похоже, была в порядке.
— Назад! — крикнул Валенден, пытаясь отрезать волку путь к отступлению в лес. Он бросился на волка, тот увернулся от его удара, но оказался прямо на пути меча Рангара.
Лезвие пронзило шею волка. Отрубленная голова упала на обочину дороги, а через долю секунды за ней последовало и тело.
Тело Брин было настолько переполнено адреналином, что отказывалось признавать, что опасность миновала. Ее сильно трясло, и она не могла успокоиться. Из ее горла вырывались тихие звуки, которые она даже не узнавала.
Рангар мгновенно оказался рядом, откинув с лица ее спутанные волосы.
— Шшш, любовь моя. Он мертв. Ты в безопасности.
Она бросила на него безумный взгляд.
— А Сказка?
Валенден принялся успокаивать ее кобылу, шепча ободряющие слова, поглаживая укус волка на шее.
— Она поправится, — заверил ее Валенден. — Смелая кобыла… не убежала.
Наконец Брин начала приходить в себя от охватившей ее паники. Прижав руку к груди, чтобы перевести дыхание, она выдохнула:
— Он появился из ниоткуда.
— Дай мне посмотреть на твою ногу.
Рангар резко задрал юбку на бедре. Она была слишком потрясена, чтобы стесняться того, что Валенден видит ее полуобнаженной, а Рангар прижимается к ее телу.
— Кость не сломана, но ты сильно ушиблась, и тебе нужно поберечь это колено несколько дней.
— Я в порядке, — сказала она, тяжело дыша.
— Ты не в порядке. Ничего здесь не в порядке, — прорычал Рангар. Не успела она опомниться, как он подхватил ее на руки, посадил на Легенду и сел за ее спиной. Он обнял ее за талию, прижимая к себе так властно, что у Брин едва не перехватило дыхание.
— Вал, отведи Сказку в Холд. Главный по конюшне зашьет ей рану. Я должен поскорее вернуть Брин.
Валенден кивнул и принялся привязывать Сказку к своему жеребцу. Рангар пустил Легенду галопом. Брин почувствовала, как ее охватывает страх, когда копыта жеребца застучали по заснеженной дороге. Холодный ветер обдувал ее лицо. Но тело Рангара было теплым, а его рука держала ее крепко, как сталь.
Со скоростью, присущей Легенде, они уже через несколько минут увидели на горизонте Барендур Холд. Рангар промчался мимо придорожных деревень, его внимание было сосредоточено на том, чтобы доставить Брин в безопасное место. Она чувствовала, как быстро, но уверенно бьется в груди его сердце. Ушибленная нога вряд ли была чрезвычайным происшествием, но она знала, что лучше с ним не спорить.
Дело было не только в ее ноге. Дело было в волках. Враждебном отношении к магии. Давлении в качестве правителя.
Деревенская площадь все еще была покрыта белыми знаменами в знак траура по королю Алету. Они развевались на ветру, дующему с моря, когда Рангар остановил Легенду и соскользнул с нее. Обхватив Брин за талию, он помог ей спуститься, но не отпустил, как только ее ноги оказались на земле. Его пальцы впились в кожу на ее ребрах.
— Брин, — негромко сказал он. — Верь в меня. Я все решу.
Она коснулась его шрамов.
— Мы решим это, Рангар. Ты не один.
Он страстно поцеловал ее, словно адреналин от схватки с волком все еще бурлил в нем. Когда Рангар отстранился от нее, у Брин перехватило дыхания. Он подхватил ее на руки и понес в сторону замка.
Навстречу им вышел Оливер в своих воинских доспехах.
— Мой король. Миледи…
— Займись Легендой, — приказал Рангар. — Дай ему передышку. Ему нужно остыть после нашей поездки.
— Да, мой король.
А потом их снова поглотили коридоры Барендур Холда. Знакомые запахи соломы, древесного дыма и жарящегося мяса окутали Брин, и она прижалась лицом к груди Рангара, вздрогнув от облегчения, что оказалась дома.
Следующие несколько дней прошли в напряжении и суматохе в Барендур Холде. Налетевший зимний шторм перекрыл доступ к отдаленным деревням, и Брин с Рангаром остались без возможности получать сообщения о новых возможных нападениях волков-берсерков.
Рангар запретил Брин вставать с постели, пока не заживет нога, и лично приносил ей тушеное мясо и эль, а также добавлял дрова в камин их комнаты, когда они прогорали.
Рен был достаточно добр, проводя с ней долгие тренировки по использованию новых магических знаков. Но даже занятия магией ее утомляли. После долгих дней, проведенных в заточении, она наконец сбросила одеяло, когда Рангара не было дома, и проверила свою ногу.
Кожа в том месте, где она была зажата между Фейбл и камнем, оставалась чувствительной, а колено болело, но она обнаружила, что вполне способна ходить, лишь слегка прихрамывая.
Разумеется, Рангар выбрал именно этот момент, чтобы ее проведать.
— Что ты делаешь? — прорычал он. — Ты должна быть в постели!
— Ты король, — огрызнулась она. — У тебя есть дела поважнее, чем быть моей нянькой.
Он направился к ней, но она уже давно научилась не поддаваться его нраву. Брин уперла руки в бока.
— Я хочу проведать Сказку.
