— Слушай, как королева, разве я не могу просто приказать тебе помогать мне и не задавать вопросов?
Улыбка расплылась на лице Рокси.
— Как королева? Нет. Как друг? Да, я помогу. А теперь положи картошку
Брин рассказала, что им с Рангаром понадобится в дороге, а Рокси собрала небольшой сверток с вяленой олениной, сыром и фруктами. Брин оделась в самую теплую одежду и понесла рюкзаки в конюшню, где Оливер уже приготовил для Легенды и Сказки седельные подушки, которые могли служить дополнительными одеялами.
Она погладила Сказку по морде.
— Нам придется поехать по снегу, но я обещаю, что все будет хорошо.
Вскоре к ней присоединился Рангар в своем плаще из медвежьей шкуры и привел с собой Валендена и Сарадж. Сарадж крепко обняла Брин.
— Пожалуйста, береги себя. Ни на минуту не доверяй другим королевским семьям, кроме своего брата.
Брин обняла ее в ответ, а затем взглянула на Оливера и Сарадж, стоявших слишком близко друг к другу.
— Спасибо, что присмотришь за всем, пока нас не будет, Сарадж. Если тебе что-нибудь понадобится, уверена, что Оливер поможет.
Оливер смущенно улыбнулся и кивнул.
Валенден положил руку на плечо Рангара.
— Будь осторожен, брат.
— И ты, Вал. Не сгуби королевство.
— Что ж. Не обещаю.
Они стукнули кулаками друг друга в грудь, а потом Брин и Рангару пришло время отправляться. Солнце село уже час назад, а снежные тучи затянули темнеющее небо. Рангар сделал руками стремя, помогая ей сесть на Сказку, а затем взобрался на Легенду.
— Поехали.
Кивнув остальным, они пустились рысью. Снег хлестал Брин по лицу, когда она ехала позади Рангара. Далеко в море сгущались тяжелые тучи, и казалось, что они смогут убежать от самого сильного шторма.
Брин пыталась усидеть на Сказке, стараясь не напрягать мышцы, чтобы они болели на следующий день. У Сказки была легкая походка даже при быстром шаге, и, казалось, она знала, где безопасно ступать, несмотря на темноту.
Несколько часов они ехали по долине, а затем Рангар свернул в сторону высоких южных гор. Лошади поднимались по каменистой тропе, пока не достигли охотничьего приюта со стенами с трех сторон и покатой деревянной крышей.
— Мы остановимся здесь на ночь, — сказал ей Рангар, перекрикивая ветер.
Они спешились, привязали лошадей, чтобы те могли подкрепиться травой, а затем перенесли свои вещи в убежище. Пока Брин сбрасывала мокрую и холодную верхнюю одежду, Рангар собрал сухие дрова, сложенные в задней части убежища, и разжег огонь заклинанием искры.
Дрожа, Брин стянула сапоги.
— Когда мы ехали, было не так страшно, — сказала она. — Но теперь, когда мы остановились, мне кажется, что я вот-вот замерзну.
— Всегда теплее, когда ты двигаешься и когда между ног у тебя лошадь. — присев на корточки под низким потолком, он опустился на колени рядом с ней и стал растирать ее руки. — Ты скоро согреешься у огня и немного поешь. Я с удовольствием согрею тебя между ног.
Несмотря на то, что ее все еще била дрожь, она медленно ему улыбнулась.
— Мы подумаем об этом, если я не превращусь в лед.
Как только они облачились в теплую одежду, а свою верхнюю одежду развесили у костра для просушки, Рангар разложил для них хлеб и оленину, и Брин наконец-то смогла расслабиться под толстым одеялом.
Рангар поднял ее на руки, укрыл одеялом и пересадил к себе на колени.
— Моя сильная женщина Барендур. Ты не позволяешь снегу и ветру остановить тебя.
— Я думала, ты предпочитаешь утонченных женщин.
— Утонченной. Выносливой. Я приму тебя такой, какая ты есть, Брин Барендур.
Странное и удивительное чувство испытывала она, когда он называл ее своей фамилией. Фамилия Линдейн была проклята, и Брин чувствовала себя так, словно сбросила старое зимнее пальто, взяв его взамен.
Укутавшись в одеяло, она устроилась у него на коленях, прижимаясь головой к его груди.
— Я слышу, как бьется твое сердце, — прошептала она, когда он поцеловал ее в макушку. — Разве ты не собираешься соблазнить меня здесь, в этом месте, где мы предоставлены сами себе?
Он удивленно посмотрел на нее сверху вниз.
— Ты хочешь этого, моя ненасытная маленькая любовь?
Она еще сильнее прижалась к нему. В глубине души Брин чувствовала прилив сил от бушующей снаружи бури и их маленького убежища. Она представила, как Рангар раздевается догола и ложится с ней под одеяло, их тела двигаются в унисон, пока они не застонут под гул ветра. Но другая часть ее души была довольна тем, что она просто находится в его объятиях.
— Говорят, молодожены не могут оторваться друг от друга, — сказала она.
Он тихо рассмеялся.
— Дорогая, неважно, что молодожены должны или не должны делать. Мы сегодня много ездили. К тому же, тебе холодно. Если ты хочешь, чтобы я просто обнял тебя, то я обниму.
Брин поняла, что именно этого и хочет. Будут и другие ночи дикой страсти, но здесь, в безопасности убежища, ей хотелось только закрыть глаза и заснуть в объятиях Рангара.
