– Вы поднимаете старую, так никем и не решенную проблему соответствия формы познающего границам познания, – улыбнулся Попов.
– Безусловно. Это же прямое продолжение того, о чем мы говорили в переписке, – проблема наблюдателя.
Михеев внутренне возликовал, услышав давно знакомый оборот из терминологии «Сферы».
– Да, согласен, хотя… Мало кто осознает до конца значимость этой темы даже среди моих коллег, – оживился Попов, ему явно льстило понимание гостей, их вовлеченность в крайне важные для него «вопросы послезавтрашнего дня». – Разумная жизнь имеет конечный потенциал познания при сохранении неизменности своей формы. Это положение некоторые ксенопсихологические школы активно используют в своей работе, в том числе наш «Зимний лес».
– Давайте говорить откровенно, Петр Александрович, сегодня мы не можем совершить прорыв в понимании фундаментальных процессов Вселенной потому, что до сих пор цепляемся за нашу человеческую форму. Хотя каждый скачок в познании, фундаментальный переход в понимании мироздания, так или иначе должен сопровождаться изменением формы познающего.
– Особенно после того как на излете Первой волны Исхода были приняты решения о замораживании работ по дальнейшему развитию универсального искусственного интеллекта, – вступил в разговор Комнин, – но этого изменения не происходит, и не значит ли, что мы пришли на сегодняшний день к границам познания? Если да, то что по ту сторону границы и какой опыт требуется нам, чтобы ее перешагнуть?
– Я не думаю, что вы столкнетесь с чем-то принципиально непознаваемым в ваших экспедициях, – пожал плечами Попов. – А что касается искинов, о которых вы вспомнили, то, думаю, вы помните и причины, по которым человечество добровольно отказалось от этого направления, и почему пришлось совершать то, что сегодня мы знаем как Большой поворот.
– Конечно, помним. Поэтому и интересуемся, можете ли вы порекомендовать разработки, которые позволят, если так можно сказать, перекинуть мостик между гуманоидными и негуманоидными цивилизациями, грубо говоря, переходники. С их помощью удается в как можно большем объеме получить опыт, который не позволяет в обычных условиях получить существующая форма познающего? – негромко спросил Мирослав Цой.
«Ох ты, как хитро завернул свой интерес, – невольно восхитился Михеев. – Если говорить просто – как может человек получить нечеловеческий опыт, оставаясь человеком, или…»
В голове Михеева что-то отчетливо щелкнуло, и фрагмент головоломки встал в паз. Он понял, что нужно «Сфере».
