Выйдя от Агнихотри, Михеев с каменным лицом от души пограбил кладовые станции. Он беззастенчиво козырял распоряжением начальника службы координации и погрузил в бот все, что счел хоть отчасти пригодным для своей цели. После чего, безжалостно подавив сопротивление пилотской части души, приказал «Меконгу» максимально скрытно повиснуть неподалеку от межпространственного створа системы, велел соображать самому и, если что, вызывать берсеркер. Корабль послал ему образ озадаченного викинга, чешущего в затылке, сдвинув рогатый («Нелепость-то какая, а!» – укорил Михеев) шлем на лоб.
Злобно бормоча: «Весело, всем очень весело», Михеев отрубил систему оповещения бота, снова затоптал вялое чувство вины, заблокировал системы связи и уронил бот к планете.
Шлюпка лавировала среди зарослей зеленоватых лиан, гибких полупрозрачных стволов, изящно обходила наросты обитаемых блоков, трансляционных студий и технических отсеков, заполненных чанами и яйцами-заготовками различных органов системы связи. А замена этим органам была нужна постоянно, особенно приемным блокам – количество информации, проходившей через этот межсистемный узел, росло так быстро, что совет сектора уже всерьез задумался об отправке в Координационный совет заявки на создание дублирующего узла в одной из соседних систем. Благо, было из чего выбрать.
Все это Кейко и Стасу поведали рыжеволосая девчонка, на вид лет пятнадцати, и серьезный черноволосый юноша, дежурившие в шлюзовом отсеке Центральной станции. Первым делом Кейко и Стас рванули в командный пункт, попутно забрасывая вопросами местный информаторий. Стас, решив, что у секретности есть свои границы, показал служебному джинну информатория именной слепок михеевской пайцзы, распространявшей полномочия члена особой экспертной группы на него с Кейко. На бегу он принялся просматривать данные о маршрутах внутрисистемных судов за последние сутки – примерно на столько их должна была опередить троица, за которой они…
«Охотились, будь честен с самим собой», – вздохнул он про себя.
Еще на «Меконге» они прошерстили всю имеющуюся в информатории скупую информацию и решили, что, исходя из опыта космодесантников и возможности добыть нужное им оборудование, будут встраивать в систему аварийный усилитель сигнала, скорее всего, «Крикуна», входившего в стандартный комплект дальних экспедиций.
«Крикун» стремительно разворачивался, экстренно забирая энергию из окружающего пространства, мог соединяться с любым приемо-передающим оборудованием в пределах досягаемости и был способен достаточно долго принимать даже слабые сигналы, идущие на заранее заданных аварийных частотах, и затем, усилив, выдавать их пакетами наоборот в максимально широком диапазоне. Конечно, силы его были не безграничны, но роль свою «Крикун» выполнял исправно и не раз выручал застрявшие на новых планетах исследовательские партии и даже оказавшиеся без связи целые планеты. Случалось и такое на фронтире.
– Воткнуть «Крикуна» поближе к центральному трансляционному узлу, перевести его в режим экстренной приемо-передачи, собственно, больше им ничего и не надо. А размером яйцо «Крикуна» в рост человека, – показал руками Стас.
Спецификации аварийного комплекса он знал назубок, в режиме симуляции работал не раз, а вот разворачивать самому, тьфу-тьфу-тьфу через левое плечо, не приходилось ни разу. Оно и к лучшему.
Троица опередила их меньше чем на сутки. Шлюпку джинн для них выбил стремительно, и визит в пункт управления был, скорее, подстраховкой, да и знаком вежливости – негоже оставлять людей в недоумении.
Кейко все больше уходила в себя и, одновременно, чувствовала, как влечет ее к себе темная сила, для которой не было определений в человеческих языках. Внезапно она поняла это определение, точнее, ей подсказала та зеленоватая волна, что теперь постоянно чувствовалась на грани восприятия и мягко поддерживала ее в состоянии постоянной внимательной собранности. Осознала, что в человеческие слова перевести ее не сможет, никогда не объяснит Стасу, отчего так перехватило дыхание, почему сбилась с шага.
– Я знаю, где они, я их чувствую. Быстрее, Стас, быстрее! – И, уже не обращая внимания на рыжеволосую, смотревшую с восхищением девчонку, Кейко одним движением скинула комбинезон.
Откинула ворох мыслей-чувств Стаса и его обалделое обожание, стремительно натянула пилотский костюм с симбиот-системой и запрыгнула в пилотское «гнездо» шлюпки. Стас уже лежал в соседнем «гнезде», правда, он ограничился головной лианой дублера.
– Створ чист, – отрапортовала шлюпка.
Сознание ее было простеньким, но хорошо отлаженным, постоянный пилот ее явно любил и берег. «Ох, милая, извини, постараюсь и я тебя сберечь».
Полупрозрачная капля вырвалась из шлюза и ушла в заросли. Ощущение недоброго настороженного присутствия чужого и непонятного нечто усилилось.
