У нас был долгий спокойный вечер на берегу. С вином, конфетами, легкими разговорами, шутками и песнями. Тройка келпи ушла, зато пришел Гром. Сначала бродил неподалеку, потом улегся наподобие огромной собаки и внимательно наблюдал за нами. Вел он себя тихо, и вскоре даже гномы перестали нервно коситься в его сторону. Появилась и моя саламандра. Вынырнула из костра, забралась в протянутую ладошку. Сердито поцокала на меня, Фаарр перевел, что это она ругается, за то, что я долго не приходила к огню. Потом принялась ласкаться, подставляя то животик, то спинку. Обнаружила келпи и долго стрекотала в его сторону. Гром лишь снисходительно вздохнул и больше внимания на малявку не обращал. Наигравшись, саламандра свернулась клубочком посреди костра и уснула. Так, спящей, и исчезла. Когда ушел келпи я не заметила.
Расходиться не хотелось, и мы все оттягивали возвращение в подводный дом. А потом появилась Са-Бира. Хорошо, что берег был закрыт и она не могла пройти, пока не дозвалась Фаарра. Открыл он ей дорогу, когда Ваади отправил домой Тайрина с Узиани и гномов. Алиани, Малка и я остались.
Мелькнула темная тень и большая кошка приземлилась у костра. И тут же отскочила в сторону от потянувшегося к ее ушам Огненного. Фыркнула, убежала за кусты и через минуту поинтересовалась:
– Что-нибудь прикрыться дадите или так выходить? – кто из Младших обеспечил ее одеждой, не знаю, вышла она в брюках и футболке. – Привет всем. Какой уютный междусобойчик.
– Ты чего заявилась и почему на лапах? – недовольно нахмурился Фаарр.
– Это вместо «здравствуй, дорогая, рады видеть»? Тебя искала.
– Почему здесь?
– Потому что дома тебя нет. В принципе, я любого из вас искала.
– Зачем?
– Дело есть.
– Какое?
– Серьезное.
– Бира, я каждое слово буду вытягивать?
– Огненный, пошли в сторонку, здесь ушей много.
– И чьи уши тебе не нравятся? Дай догадаюсь, м-м-м, неужели… Бира, я говорил, прекрати к ней цепляться? Сколько еще раз тебе повторить?
– А я говорила, что она мне не нравится.
– А я сказал, прекрати это.
– А я говорю, оба прекратите! – Ваади повысил голос. – Са-Бира, или ты говоришь в чем дело или до свидания.
– Что такое? Мешаю? Стала лишней?
– Бира, ты ревнуешь что ли? Совсем сдурела? Вад, ты понимаешь, это она нам сцены ревности закатывает. Охренеть!
– Са-Бира, ты нас с Шаном не путаешь?
Пантера фыркнула на обоих Младших и мазнула по мне презрительным взглядом:
– Ничего я не путаю. Особенно запахи. От нее опять несет эльфом. Еще сильнее, чем прошлый раз. Во что вы вляпались?
– Ты опять за свое? Бира, чего ты добиваешься?
– Пусть она уйдет. Совсем. Она опасна. Все, что связано с эльфами – опасно.
– Тебя забыли спросить. Много себе позволяешь, Са-Бира.
Не сыскав понимания в мужской части коллектива, оборотень переключилась на женскую:
– Алиани, а ты куда смотришь? Почему позволяешь этой…
– Маррия не эта! – вместо дриады свою точку зрения озвучила русалка. – Маррия хорошая! Подружка!
– Рыбка, отстань, не до тебя сейчас.
– Кошка злая! Брысь!
– Са-Бира, ты зря так, – Алиани своего спокойствия не утратила. – Ты Маррию не знаешь, зачем…
– А ты знаешь? Тоже подружка? Так передайте обе своей подруженьке, что я не шутила. Она знает, о чем я.
Разговор при мне обо мне, как будто меня здесь нет, откровенно раздражал. Если уж пришлось быть предметом обсуждения, так лучше в центре внимания:
– Са-Бира, давай напрямую. Я тебе не нравлюсь, дело твое. К ним ты чего цепляешься? Выскажи мне, что хотела, и успокойся.
– А я тебе прошлый раз все сказала, – желаемое внимание пантера мне обеспечила, злое и в приказном тоне. – Только ты слов не понимаешь. Отвали от них.
– Все, Бира, достала. Катись отсюда.
– Ты меня прогоняешь? Фаарр, ты меня прогоняешь? Из-за какой-то…
– Бира, еще слово в ее адрес, и ты доиграешься. Ты поскандалить приходила? Получила свое? Довольна? Можешь идти.
– На вас посмотреть приходила. Что в порядке.
– А почему мы должны быть не в порядке?
– Не почему.
– Бира! Договаривай.
– Вы на Прощалке сегодня не были?
– А что мы там забыли? Ты опять про этих своих освободителей-спасителей? Сказал же, мы с таким не связываемся.
– А с каким вы связываетесь, Фаарр? Кого сейчас интересует Пророчество? О нем лет сорок уже не вспоминали. Кроме этих и вас. Зачем ты спрашивал у Ки-Дава про язык, на котором он его читал? Про психопата из комиссии зачем узнать просили? Почему от нее эльфом прет так, будто она только что с ним зажималась? Девочке подарили игрушку, а она в нее втюрилась? И вы помогаете несчастным влюбленным? Почему закрыли Озеро? Ах, я не догадалась! Вы их здесь и прячете. Ваади, ты-то куда? У тебя мозги всегда на месте были. Она через неделю наиграется, и сама же вас сдаст.
– Са-Бира, пропуская весь твой бред, расскажи мне, пожалуйста, кому нас можно сдать, и что нам грозит.
– Да кому угодно. Кастанийцам.
– И? – Водный всем собой изобразил предельный интерес и внимание.
– Что и?
– Чем нам это грозит? Нас придут арестовывать? Всей Кастанией и СОС в придачу? Или что? Объясни.
– Я… Не знаю. Какая разница? А, вдруг…
