– Дак, я же ж по делу. У него же ж из плечей, поди, все вытянули-то. В слябе-то этом, что к нему нагрузили-то, весу же ж, почитай, много боле, чем в самом-то будет, – по тому, как Граж глаза опустил, догадалась, где этот «сляб» делали. – Дак, вот. За руки-то не возьмешь, выходит. Как же ж…
– Мар, поняла? Хорошо, он здесь рассуждает, а если там начнет примеряться, как половчее? Ее гномы об этом не задумывались.
Прав был Фаарр, совершенно прав. И все наши тренировки – ерунда. Мы гномов к иллюзии на Тайрине кое-как приучили, а сейчас все настоящее, и они об этом знают. Все отменять? После увиденного? Ни за что!
– Дядя Бахрап, представь, что ты из завала друга вытаскиваешь. И нет другой возможности, как только так. Что лучше, жалеть его, пока не погибнет, или выдернуть, пусть ему больно будет, но живой?
– Это же ж какого друга-то? Ежели Пахрипа, дак, у него же ж шкура-то толстая, потерпит, чай. А это же ж эльф!
– И эльф потерпит. Ясно? Когда нужно будет, возьмете, за что придется. И смотреть не будете, есть там живое место или нет. И если он застонет или закричит, вы этого не услышите. И в короб его кинете, как придется. И заглядывать, как он там, не будете, крышку захлопнете и на свои места станете. Ясно?
– Дак, ясно же ж, девонька. Чего же ж не ясно-то? Так и сделаем, ежели потерпит-то.
– Вот и хорошо, дядя Бахрап. Граж, тебе ясно?
– Это ясно. Про другое спросить можно?
– Спрашивай, конечно. Все, что непонятно спрашивай, пока мы здесь. Потом нельзя будет.
– Я у него спрошу. А тебе самому вот так приходилось? Со слябом на ногах? Оно не совсем сляб…
– А что же ж оно, Гражик? Ежели бока стесали да дыру проточили, дак, оно же ж другим не стало-то. Сляб он и есть. Что же ж я, не вижу, что ль?
Вот не до тонкостей производства этой дряни мне сейчас было. И название мало трогало.
– Все, прекратили. Не о том сейчас говорите.
– А можно он ответит?
– Тайриниэль, ответь ты этому любознательному уже.
Я не хотела услышать ответ Тайрина. Но Ваади почему-то не считал это лишним.
– Не знал раньше, как это называется. Нет, с грузом не приходилось. Граж, сколько он весит примерно?
– С полтонны будет. А без груза приходилось?
Я точно прибью этого… любознательного.
– Было. Раз десять. Мари, ты чего? Не надо, это не так страшно, как кажется. Да и недолго, ночь всего. И давно, еще в Четвертом.
Картина с подвешенным за руки Тайрином встала у меня перед глазами. Не страшно? Всего ночь? Взвыли и прилипли к эльфу мы с Узиани одновременно.
– Девочки, не надо! Узиани! Мари! Не плачьте, пожалуйста. Я дурак, да? Не нужно было говорить?
– Нет, Тайриниэль, это я дурак. При них не нужно было. А этим двоим, – Ваади кивнул на гномов. – Этим полезно послушать.
– Дядька Храп, вот чего они ноют? Нормально же с ним все. Даже шрамика нигде не осталось. У нас и то остаются.
Я оторвалась от Тайрина, пересекла комнату и от всей души влепила любознательному подзатыльник.
– За что? – он вскочил, исподлобья уставился на меня. – Что я сказал такого? Целе…
– Бахрап, угомони его. Или я сейчас добавлю.
Под грозными взглядами Огненного и «дядьки» Граж притих. А руки я зря распустила, глупо. Нам сегодня такое предстоит… Но вывел же!
– Узиани, убери слезы и не вздумай зарыдать на площади, – Ваади возвращал рабочую обстановку. – Справишься?
– Я справлюсь. И боль посмотрю, если смогу. Я помню. Скажу келпи, если увижу.
– Молодец. Алиани, тебя не спрашиваю, знаю.
– Сама скажу. Я справлюсь, Узиани помогу. Один вопрос. Вы количество народа на Прощальной видели? Если будет то же самое, а оно будет, как мы через них проберемся? Им даже разбегаться некуда.
По мне – плевать! Они не на концерт рок-группы собрались. После откровенного восторга на их мордах, всех этих наслаждавшихся редким зрелищем и передавить не жалко. Но так считала я одна.
– Согласен, такого скопления я не ожидал. Проход остается только возле клеток, но узкий, не пройдем. Фар, будем расширять. Как же Эра не хватает! Сдул бы их и нет проблем.
– Сами сдуем.
– Я аккуратно не опущу.
– И не надо. Подальше отбрасывай и все, ни хрена с ними не будет. Слияние только отработаем, время есть, успеем. Кто еще что заметил? Предложения? Вопросы?
Вопрос у меня был. Хотя вряд ли стоило ждать ответ, новости смотрели все вместе.
– Что она говорила про очередь?
– Фиг ее знает. В десять посмотрите, нам расскажете, если не успеем. Сейчас все успокоились, расслабились и настроились на удачу. Никаких самотерзаний и самокопаний. Мар, ты меня услышала? Хотя бы на полчаса. Мы ушли.
Младшие вернулись почти на середине нового репортажа.
