– От слова «прощать». Любой, кто чувствовал себя виноватым, звал того, кого обидел, на площадь и просил прощения за свой проступок. Не было никаких приговоров и зрителей, они просто встречались и разговаривали. Если оба были честны и виноватый прощен, камень под ногами менял форму, становился похожим на цветок или веточку. Невероятно красиво получалось. Сама аура площади была теплая, светлая, плохое настроение, как рукой снимало. Туда тянуло всех: родителей с детьми, молодежь, стариков, просто прогуляться, пообщаться, послушать птиц, там было много птиц. А если замечали, что изменился еще один камень, все радовались этому. И огорчались, если возвращалась старая форма или пропадал цвет, это значило, что кто-то опять поступил неправильно.
– Теперь там нет птиц, а под ногами серый булыжник. И радуются совсем другому.
– Вот этого я и не понимаю. Что с ними произошло? Как они стали такими?
– А может, они такими и были?
– Нет. Исключено. По крайней мере, не все. Не могли все притворяться тогда и не могли потерять все хорошее сейчас.
– Знаешь, если это хорошее, вдруг, найдется, я все равно буду видеть в них озверевшую толпу, требующую крови.
– Зря. Те, кто сейчас собираются на Прощальной площади, это еще не весь Аршанс.
– Всего лишь вся Кастания.
– Нет, и в Кастании есть другие.
– Когда-то я доказывала это Тайрину. Теперь не верю сама.
– Твое право. Я тебя понимаю. Тем не менее, они есть. Ты просто их не видела.
– Офигенно спрятались. Сами себя найти не могут. Гении маскировки.
– Не язви, у тебя это плохо получается.
Оказывается, я с пониманием воспринимала негатив в адрес себя в образе Черной Невесты и болезненно переносила его в адрес Тайриниэля.
– Давайте не будем разбрасываться оскорблениями, – прозвучало довольно резко, нельзя было так, но оно непроизвольно вырвалось. – Может поговорим для начала? Познакомимся?
Два ненавидящих взгляда перекочевали на меня.
– Зачем человеку знать имя эльфа?
– О чем говорить?
Один произносил слова отрывисто, но вполне четко, у Тайрина в свое время получалось хуже. Второму пришлось сложнее, из-за порезанных кровоточащих губ речь давалась тяжело, но разобрать, что он сказал было можно.
– Имена – для удобства общения. Но если вам не хочется их открывать, настаивать не буду.
– Кто ты?
– Маррия, человек.
– Где Черная Невеста?
– А ее нет. И не было. Иллюзия.
– Слишком правдоподобная иллюзия.
– На то и был расчет.
– Какой расчет?
– Почему мы еще живы?
– Вот такой. Забрать вас оттуда. Похитить, так сказать.
– Зачем?
– Именно за тем, чтобы вы остались живы, там у вас шансов не было.
– Никто не спасает эльфов.
– Как это никто? А мы?
Мое легкое фиглярство невидимым Младшим не понравилось. Одному. Второй нормально, даже одобрили:
– Мар, заканчивай дурью маяться, расскажи все по-быстрому и вали отдыхать.
– Не мешай, Фар, она правильно все делает. Продолжай, Маррия.
Продолжила. Тем более, мне как раз нужный вопрос задали.
– Кто вы?
– Те, кому не нравится то, что делают с вами.
– Такие существуют?
– Как видишь.
– Почему именно мы?
– Я же говорю, у вас не было шансов выжить. Теперь есть.
– Зачем мы вам?
– Ни зачем. Просто помогаем.
– За помощь эльфам казнят.
– Знаю, мне говорили.
– Говорили? Кто?
– Все, а первым он, – кивнула на Тайрина. – Я сама не помню ничего, амнезия. – Бли-ин! Если у меня амнезия, то откуда я знаю, как выглядит Черная Невеста? Как мы об этом не подумали? Пришлось выкручиваться на ходу. – Очнулась возле леса, с дриадами познакомилась. Вот с ними. Они мне немного рассказали, кое-что показали…
– Маррия дриады только друг другу могут показывать, – бли-ин! Ваади, что же не раньше-то?
– Вы же знаете, как мы рисуем? – спасибо тебе, Алиани, большущее спасибо!
С художественными талантами дриад эльфы спорить не стали, продолжила:
– Я у них побыла немного, потом вот этот дом нашла, стала в нем жить, – если бы они спросили где дом находится, окончательно бы растерялась, но мне повезло. – А потом пришла раз к Озеру, хотела на русалок посмотреть. А там какие-то типы его топить тащат. Мне это не понравилось, не люблю, знаете ли, когда при мне людей топят.
– Он не человек!
– Ты не видела, что он эльф?
– Видела. Сразу. Не придирайтесь к словам. Ну вот, вспомнила я рассказы про Хозяйку Озера и подняла ее иллюзию. Они его бросили, а сами удрали. Девочки мне помогли сюда перенести. Вылечила. Он еще хуже вас был.
– Ложь. Никто не стал бы лечить эльфа.
– Я стала. Девочки помогали.
– Ни один врач…
– А, ты об этом. А врачей и не было. Мы сами.
– Все ложь. На нем нет шрамов.
– А они нужны?
– Понятно, – один эльф резко заскучал и прикрыл глаза. – Новое развлечение.
– Убить сразу слишком банально? – второму наскучила я, он сменил собеседника. – А ты, эльф, ты ведь не безумен. И ты с ней… Мразь!
Все понимала. Все их чувства. Но не в сторону Тайриниэля. Вдох-выдох. Отчетливо, почти по слогам, почти спокойно почти не повысила голос:
– Начнем сначала? Прекратите оскорблять моего друга. Он пережил не меньше вашего.
Как же, проймешь их! Ну да конечно!
– Предатель.
