– Кто как, способов много. По фигу, утопилась или отравилась, или еще что придумала, результат все равно один – русалка. Полная дура помешанная на мужиках. Наказание за самоубийство. Маления это знала. Она же умница была, почти коллега Тайрина, ученый-ихтиолог. Они с Вадом в океане и встретились. Вад до сих пор себе этого простить не может. В смысле, что она вот такая стала. Он теперь никого к себе близко не подпускает, его с Озера вытащить нереально практически, совсем в отшельника превратился. Да и я стараюсь серьезных отношений не заводить, особенно с людьми. Так, покуролесить, оторваться, провести ночь-другую, но не больше. Иногда и это не спасает. Нет до такой степени, как у братьев я не довожу, но проблемы случаются. И это мы сейчас умные стали, после Малки, после Лесы, а раньше… Ладно еще эльфийки или дриады, у них хоть какие-то шансы есть, а у людей… Хорошо, что Тайрин это понимает. Таких, как он у них не так много. Эльфы к нам ближе всех, потому и проблемы те же. Только человеческим женщинам этого не объяснить, они эльфам до Мрачных дней проходу не давали, те и не отказывались, а подумать, каково это, когда у тебя на глазах близкий человек уходит, а у самого впереди еще сотни лет, нет, не бывает.
– Так любовь она такая, не спрашивает.
– Мар, настоящая любовь у них случается одна на тысячи. Поверь, ее не увидеть невозможно. И потом, если, действительно, любишь, не захочешь, чтобы ему или ей плохо было.
– Как дриады?
– Вот уж точно нет. Все должно в меру быть, а они это до абсурда довели. Настолько на своих правилах зациклились, что уже до помешательства доходит. Когда они только из поросли выходят, с ними еще можно иметь дело, а потом…
– Фаарр, можно я про Алиани спрошу?
– Почему не у нее самой? Не признается? Спрашивай, если знаю, отвечу.
– Ты на нее ругался, что она что-то скрывает, в смысле, они все скрывают, но мне показалось…
– Нет, не показалось. У меня к ней, как бы объяснить, особенное отношение. Я Алиани еще с поросли знаю, совсем зеленой первый раз увидел. Они с Флэр подружки с детства, как мы с Даром, с Алдариэлем, росли практически вместе. За нами Орбикаэлли присматривала, а за ними Эниани. Ну и сам я в Лесу ошивался порядочно. Для молодых парней это просто сказка – одни девчонки вокруг и все, как на подбор, красотки. А эти две за мной следом бегали и морали читали, то есть, читала, конечно, дорогая сестренка, Алиани только смотрела, но так, что пробирало сильнее, чем от нотаций. Я все ждал, когда она повзрослеет, своего найдет и от меня отстанет. Потом для Флэр дорога сюда закрылась, а я остался. И накрыло меня небывалым чувством ответственности за этот голос моей отсутствующей совести. Присматриваю понемногу.
– А говорил, сто лет не был.
– Так это на поляне, я там везде Флэр чувствую, тоскливо потом до безобразия. Ладно, проехали. Алиани по всем законам давно должна была кого-то выбрать, не бывает у них, чтобы столько времени одна. В смысле, бывает, но потом, после выбора.
– А, может, она выбрала?
– Не «может», а точно. Я давно это заметил, только из нее вытрясти не могу, кто. Понятно, что эльф, на человека она бы вряд ли запала. Хоть бы примерно намекнула дуреха – кто. Я бы ей его откуда угодно добыл, если живой. Отобрал, выкупил, не важно, как.
– Ничего себе, забота!
– Нормальный здоровый эгоизм. Флэр вернется и за свою подруженьку мне голову отвернет. А я к ней, знаешь ли, привыкнуть успел.
– А тебе-то за что?
– За то. Своего Алиани нашла, но продолжиться не успела, а для дриады остаться без дочери – ничего страшнее не придумаешь. У Лиа ее нет, Эниани бы знала. Понятно, Мрачные дни и все такое. Она его, скорее всего, как раз перед ними нашла, я в тот день увидел, что она изменилась. Сразу не до расспросов было, а потом Алиани замкнулась. Так и молчит.
Вот что мне делать? О чем-то он догадывается, но совсем не о том. Попробовать намекнуть?
– Фаарр, а помнишь, ты говорил, что в тот день ждал от нее поцелуев, а получил рассказ о…
– Я такое говорил? Что-то я разболтался не по делу. А ты прямо и запомнила все?
– Запомнила, у меня память хорошая.
– И потрясающая тактичность.
– Стараюсь. Ответишь? А то я еще спрошу, почему ты сегодня называл ее Лиа.
– Твою же… Называл?
– Все время, пока на полянке были. И сейчас тоже.
– Вот, мандрагора получая! Мар, а ты это все к чему?
– Так, любопытство просто.
– Мар? Завязывай с играми.
– Ты знаешь, какой у Алиани цветок? Аленка.
– И что?
– Фаарр! Да подумай же ты уже! – дриада меня точно убьет, но я больше не могу. – Огромные аленки появились на поляне в ту ночь, когда вы с ней…
– Стоять. А ты об этом откуда знаешь? Лиа… Алиани никогда бы об этом не рассказала.
– Я сама догадалась. По разговорам, по намекам, кое-что спросила. Фаарр, не увидеть, что она влюблена в тебя мог только слепой. Нет у нее никакого эльфа или еще кого-то. Она тебя любит. Давно уже. Фаарр, ты меня слышишь?
С минуту Огненный приходил в себя.
– Твою же… Мар, этого просто не может быть. Я ее знаю, как…
– Никак ты ее не знаешь, получается. Самого главного не заметил.
– Заметить-то заметил…
