— Каждый день я сидел в той богом забытой яме, избитый и едва живой. Смотрел, как умирают другие. Но стоило мне закрыть глаза, и я видел тебя, Мэдди. Благодаря тебе я смог выжить. Они могли сломить меня. Они пытались это сделать. Черт, они прилагали все усилия, чтобы сломить меня, но они не могли добраться до моих мыслей и воспоминаний о тебе.
Его ладони переместились на мою шею, он начал поглаживать большими пальцами кожу. Сквозь лунный свет он наблюдал за своими движениями.
— Только мысли о тебе вернули меня домой. Я должен был снова увидеть тебя, снова коснуться. Я выжил благодаря тебе. Это твоя заслуга. Ты всегда спасала меня.
Наклонившись, он захватил мои губы, так нежно, что внутри защемило. Его ладони переместились к моему лицу, он с наслаждением начал легкими поцелуями покрывать уголки моего рта.
— Я молил Бога об еще одной встрече с тобой. Хотя бы о секунде вместе. О ночи с тобой, — говорил он, гладя пальцем мою нижнюю губу. Приподняв мою голову, он проследил, как я языком лизнула его соленую кожу.
— Но я не хочу ранить тебя, Мэдди. Я разбит. Я всегда был сломлен. Даже родной матери я был не нужен. Тебе нельзя быть со мной. Ради собственной же безопасности. — Он заглянул мне в глаза, а следующие его слова, такие тихие, я едва расслышала.
— Уходи от меня. И как можно быстрее.
— Никогда, — прошептала я. — Если я куда-то уйду, то только с тобой.
Глава 19
Райдеру продолжали сниться кошмары. Бывало, он просто метался по постели, сопротивляясь невидимым силам. Но бывало и такое, что он кричал, умолял не трогать его. Я постоянно сидела рядом с ним, отказываясь уходить. Отказываясь бояться. Когда он просыпался, весь в поту и дрожи, — обнимала. Плакала, видя ужас в родных глазах.
Никогда я откажусь от него.
Когда Райдеру стало лучше, мы все перебрались в его дом, даже Дженис и Роджер. Там было безопаснее, спокойнее в некотором роде. Этот дом тщательнее скрыт, он расположен отдаленнее от дороги.
Я помню бесчисленное количество дней, проведенных в его доме. Времена, когда мы были просто двумя друзьями. Которые тайно хотели быть друг с другом, но отказывались делать первые шаги. Но теперь между нами не осталось ничего тайного.
Райдер обнял меня за талию и притянул к себе. Прижал спиной к своей груди — идеальное сочетание. Протянув руку, он приспустил воротник моей рубашки и прижался губами к обнажившемуся плечу. По телу прошла дрожь, заставившая меня заерзать на месте. Он провел губами вдоль моей шеи, отодвинул волосы и коснулся чувствительной точки за ухом. Своей попкой я прижалась к его паху, ощущая твердую эрекцию.
Я прикрыла глаза, в то время как его губы ласкали каждый сантиметр моей шеи. Его руки погладили мой животик и начали подниматься к грудям. И они почти достигли своей цели, но кто-то громко постучал в закрытую дверь спальни.
Мы застыли.
В дверь снова постучали, на этот раз громче.
— Будете дрыхнуть и свалите на нас всю работу, или все-таки соизволите подняться? — проорал Броди по ту сторону двери.
— Черт, — пробормотал Райдер мне в шею, отчего по телу побежали мурашки. — Нам нужен собственный дом. Хотя бы на несколько дней или недельку.
Он прав. Здесь слишком уж многолюдно и шумно. Но между нами было заключено соглашение: не разделяться. Вместе попали и вместе выживаем. Полагаемся друг на друга и защищаем. Вот уже сколько месяцев так, и этого не изменит увеличившееся количество людей на квадратный метр.
Остальные разместились в гостиной, греясь и деля тепло, идущее от камина. Райдер же настоял на том, чтобы мы с ним жили в его комнате. И последние несколько ночей мы делились с ним теплом, и не только...
Броди снова заколотил в дверь, с явно растущим нетерпением.
Райдер притворился, что зол, и притворно зарычал, затем потерся щетинистым подбородком о нежную кожу плеча, заставляя хихикать и ерзать. Он только крепче обнял, отказываясь отпускать.
— У меня большие планы на разные уголки этого дома, — сказал он, накрывая меня своим телом. Его руки уперлись в кровать по обе стороны от меня, заключив в ловушку.
В миллионный раз в жизни я попала под его очарование. Затрепетала. Словно загипнотизированная. Этот мужчина — суровый, иногда яростный, опасный, сражающийся до конца — любил меня. Меня. Свою лучшую подругу. Тот мужчина, у ног которого падали толпы женщин. Которого опасались люди гораздо старше. Мужчина с невероятными голубыми глазами, такой большой, обладающий самым совершенным лицом и телом. Он. Любил. Меня.
Да, он не идеален. В его прошлом не все так гладко. От него отказалась родная мать. А сам он верил, что никому не нужен. Думал, что недостоин меня. Он много дрался. Много пил. Был падок на женщин. Порочен, но я все равно его любила. И пускай ему кажется обратное — но это довольно просто.
Потянувшись, я провела пальцами по отросшей за последние дни щетине. Мне нравилась эта колючая жесткость. Так символично: жесткость против нежности.
