Обещание Перидота полностью

Я разбил лагерь здесь. Позволил комарам пировать. Даже зная, как маловероятно, что кто-то из них выжил, я ждал, пока не узнаю наверняка. Но у нас была война, которую нужно выиграть. Континент, который нужно спасти от смерти. Мои страдания — даже страдания Кейна — значили меньше, чем необходимость сохранить жизнь сыну Бродерика и Изольды. Я уже открывал рот, чтобы сказать Кейну об этом, когда услышал ее.

— Святые Камни, вот вы где!

Этот звук сдвинул наковальню с моей груди.

Она жива. Она вернулась ко мне.

Я даже не осознал, что побежал. Тем более не представлял, что буду делать, когда доберусь до нее. Мысль о том, чтобы притянуть ее к себе — прижать Мари к груди — остановила меня намертво.

Ее лицо расплывалось в моем зрении, и я моргнул, пока оно не стало четким. Мари только смотрела на меня, немного ожидающе, но и вопросительно. Ее глаза всегда так делали. Вопрошали. Искали лазейку или подвох. Правду за словами. Поэтому я старался использовать еще меньше слов, чем обычно, когда был рядом с ней.

— Ведьма.

На этот раз одного слова хватило, чтобы оказаться неправым. Может, она ждала Я рад, что ты жива. Именно это я и чувствовал — радость — была сноской в учебнике моих чувств. Но она же знала это, да?

Мари закатила глаза и прошла сквозь высокую траву мимо меня. Увидев принца, она побледнела.

— Федрик… Ты в порядке?

Федрик почти не ответил, его глаза прикованы к линии деревьев. Кейн смотрел в том же направлении с тем же выражением сдержанной надежды. Было непросто оторвать взгляд от потертых локтей Мари и царапины на ее нежной щеке, но я тоже начал изучать просвет в джунглях, откуда появилась ведьма.

Давай, Арвен.

Давай.

Мари громко сглотнула.

— Где Арвен?

Блядь. Не помню, чтобы когда-либо слышал ее голос таким тихим.

— Она не с тобой? — спросил Федрик.

Но я мог лишь перевести взгляд на Кейна. Пот приклеил темные пряди волос к его лбу. Гортань содрогнулась, будто он подавился собственным глотком.

— Ты же только что была с ней, — прошипел он. Челюсти сжаты, ноздри раздуты… И затем он двинулся к Мари. Оставил вход в пещеру, чтобы ринуться к ней с тем гневом, что всегда кипел в нем. — Что ты имеешь в виду, где она?

Федрик съежился у дерева с гримасой боли. Мари тоже отпрянула.

Я только сделал шаг. Один шаг, который поставил меня перед ней. И все же… Это было то, чего я не делал почти два столетия. Я встал между своим королем и его целью.

Глаза Кейна расширились.

— Черт, Грифф… — Он вздохнул, и я увидел, как темный свет, мерцавший у его кулаков, исчез. — Я не собираюсь причинять ей вред.

Я никогда не узнаю, было ли это правдой. Но и он тоже.

— Мари, — сказал Кейн, чуть мягче, наклонив голову, чтобы встретиться с ней взглядом поверх моего плеча. — Расскажи, что случилось.

Голос Мари дрожал, когда она рассказала нам троим, через что они с Арвен прошли. Как они оказались в ловушке. Как Арвен спасла ее. Каждую деталь, включая то, почему заклинание распада чаще используют на дереве, изъеденном термитами, а не на камне в пещере. Не знаю, почему меня до сих пор удивляет, как ее речь действует на меня успокаивающе.

Дело не только в том, что я думал, будто она мертва. Голос Мари всегда так действовал на меня. Если человеческое общение — это поле боя, а разговор — передовая линия, самая опасная, но и самая необходимая, то разговор с Мари был как вести эту атаку во вражеский лагерь и обнаружить, что они все сдались. Приятное облегчение. Передышка от рутины.

Ее голос был мелодичным. Ее мысли завораживающе переплетались, как сложная головоломка, которую приятно наблюдать, как кто-то гораздо умнее тебя решает. Ее обширные знания поражали и пугали только тех, кто их не заслуживал.

Я мог оставаться в этом лагере днями.

— Я должен вернуться, — сказал Кейн, когда она закончила.

Он вообще ее слушал?

— Ты слышал ведьму. Назад нет пути.

— Арвен, наверное, заперта там. Ее самый страшный, гребаный, кошмар. Я должен… — Он отвернулся от меня. — Мари, ты должна что-то сделать.

Ее маленькие руки схватились за это дурацкое ожерелье.

— Например?

— Обнаруживающее заклинание.

Все резко повернулись к принцу. Федрик был на грани сознания, речи вообще не шло — но предложение стоящее.

— Я же тебе только что сказала, — ответила Мари. — У меня нет моих гримуаров. Я не знаю этих заклинаний наизусть. Я не энциклопедия.

Не ее обычная позиция — в девяти случаях из десяти Мари сказала бы, что она лучше энциклопедии. И была бы права. Хотя у меня было предчувствие, что Арвен сможет позаботиться о себе, если кто и мог найти ее, так это Мари.

— Ты знаешь достаточно, — сказал я ей. — А как насчет…

— О да, — она резко повернулась ко мне. — Ты знаешь все заклинания! Перечисли их мне, ладно?

Умная, прекрасная маленькая нахалка. Я открыл рот, чтобы сказать ей это, но Кейн опередил меня.

— Пожалуйста, Мари, — сквозь зубы произнес он. — Потом продолжишь издеваться над командиром. Сейчас думай.