Машина сбавила ход, и Дэвид отвлекся от созерцания чистых однотипных домиков с обильной зеленой экзотической растительностью, среди которой вверх тянулись стройные пальмы. Судя по всему, они были не обычными растениями, а куспаями[121]. Но пока солнце не зашло, куспаи практически ничем не отличались от обычных пальм. Вообще здесь множество растений и животных, которые светятся по ночам. Туземцы утверждают, что это духи таким образом отгоняют нечисть.
Дэвид перевел взгляд на дорогу, которая неожиданным образом раздваивалась. Он глубоко затянулся, затем выдохнул дым в приоткрытое окно.
– И? Куда?
Посмотрев на экран навигатора, Дэвид довольно быстро сообразил и выдал:
– Че тупишь? Направо. – И когда поймал на себе недоуменный взгляд Мики, то указал рукой. – Сюда, дятел! Вон та дорога – это съезд к дому.
– Да? А выглядит как достойная государственная трасса. Живут же эти суки в Нифлеме, да?
Мика резво тронул машину по идеальной дороге, которая от качества и новизны горела черным пламенем, а белые полосы сияли от жирного слоя краски. Дорога виляла между домами с огромными окнами, а подле этих домов виднелись выстриженные кусты, усеянные цветами. К входным дверям вели гравийные дорожки, в саду была разнообразная утварь, качели, и кругом чистота. Здесь все пахло свежестью, качеством, деньгами.
Парень полностью опустил стекло и положил руку на раму.
– Ага, живут, – пробурчал Дэвид в сигарету, которую едва отнял от губ. Он проверил маршрут, по которому им еще предстояло пройти, и прикинул, что ему хватит времени. – Мика, ты давно виделся с Анико?
С раздражением глянув на глуповато-рассеянное выражение лица Мики, Дэвид был готов уже прямо сейчас высказать в грубой форме все, что он думает о мозгах Мики. Но тот вдруг нахмурился и перевел взгляд на телефон на приборной панели. На экране среди зеленого фона, поделенного на одинаковые квадратики, бежала голубая лента, разбивая экран пополам, а внизу пульсировала желтая стрелка – это они.
– Давно, а что?
Выпустив дым в окно, Дэвид прислонил затылок к подголовнику и сел в кресле чуть пониже, отчего его длинные ноги еще сильнее согнулись в коленях, а ботинки до предела уперлись в стенку. Теплый ветер, смешанный с запахом цветов, влажно оседал на коже и приятно щекотал нос.
– Когда я был у Святого Йонаса, наткнулся на него. – Дэвид посмотрел на Мику. – Знаешь, он трижды за беседу спросил о тебе.
О книге, о манлио, об условиях Дэвид не стал рассказывать Мике. Это не тот человек, которому можно доверить такое. Даже друзья еще не знали о том, что Дэвид влип по полной.
– А-а-а. – Мика захотел переключиться на пониженную передачу, но коробка не сразу поддалась. Парень несколько раз выжал сцепление под громкий треск, и машина едва не покатилась назад на высоком подъеме. С третьего раза ему удалось включить вторую передачу, и только тогда он ответил: – А здесь крутой взлет, да?
Все внутри у Дэвида бушевало. Он выпустил дым и бросил сигарету, разжав пальцы.
– Ты че, спелся с ним?
– Я?!
Мика крепко ухватился за руль одной рукой, а другой поправил на груди мятую футболку сиреневого цвета. Парень коротко взглянул на него, стараясь не отвлекаться от сложной дороги. Но в ту секунду, когда их взгляды схлестнулись, Дэвид успел увидеть страх.
– Анико – нианзу. Я его до усрачки боюсь!
Дэвид вальяжно поднял руку, провел пальцами по спутанным от ветра волосам и произнес сухим голосом:
– Тогда почему он о тебе расспрашивает?
Встретив взгляд Мики, Дэвид увидел, как в светло-голубых глазах застыл испуг. Вот только Дэвид не знал, чего он так испугался: того, что Анико с ним может сделать, или того, что Дэвид узнал об их встречах?
–
Четкий женский голос навигатора вывел парней из размышлений, прерывая тихую музыку, которая и так была едва слышна на фоне шума ветра и их разговора.
– Без понятия.
Это все, что сказал Мика после долгой паузы.
– Ну ладно, – нехотя согласился Дэвид, рассматривая мельтешащие дома за окном. – А что будешь делать, если Анико тебя к себе потребует?
– Пошлю его!
– Ну попробуй.
Дэвид краем глаза видел, как Мика крепко сжимал руль побелевшими пальцами. Дэвид сейчас не был жесток – он говорил правду: Мика бесхребетный, и отказать правой руке Святого Йонаса он не сможет. Спустя пару километров после того, как они миновали городок, их «Агаст» остановился на небольшой поляне, утопающей в зелени, косые солнечные лучи покрывали ее будто желтой пыльцой. У высокого дерева с широкими листьями стоял фонарь, который пока еще не включился, а под ним – белая спортивная машина.
Столб пыли обогнал их автомобиль после остановки, и Дэвид сказал:
– Поменьше чеши языком.
Мика кивнул и, заглушив двигатель, указал подбородком вперед.
– Он вышел из тачки. Пафосный тип, однако. – Он посмотрел на Дэвида. – Вот поэтому я на дух не переношу Нифлем.
Дэвид за всю жизнь всего пару раз был в этой стране. И каждый раз по делам господина. Нифлем для илувий не существует.
– Закрой лучше рот.
