Машина Жанно с ревом тронулась с места, но запаха бензина, которого Дэвид так ожидал, не было. Люди довольно спокойно отреагировали на эту выходку.
Кто-то любезно спросил, нужна ли Дэвиду помощь, но он грубо отказался.
Дэвид достал телефон и набрал номер с визитки. Он думал только об одном: «Надеюсь, с Микой все будет хорошо».
Не успел он нажать на кнопку звонка, как ему пришло сообщение. Дэвид замер: оно от абонента, который каждый день присылал уведомление об утекающем времени. Осмотревшись по сторонам, Дэвид прочитал:
Мика недовольно щелкнул языком, когда услышал телефонный звонок. Парень полез пальцами в углубление у рычага передач, убрал с телефона пачку сигарет и шелестящие обертки от шоколадных батончиков, коротко посмотрел на экран и без раздумий ответил на звонок:
– Да?
– Ты как? – раздался тяжелый вздох в динамике.
Вслушавшись, Мика определил, что шумело не только в его машине, но и на той стороне провода.
– Нормально, Дэйв. Сейчас еду по шоссе. Наверное, через час подкачу к
Дэвид с шумом втянул воздух через нос.
– Посылка у меня. Я еду в такси.
Мика сжал одной рукой руль и обогнал машину по левой полосе. Там он и остался.
– Я поехал по другой дороге. Ты проскочишь автопортал на три часа быстрее меня.
– Знаю. Бывай.
И Дэвид отключился. Мика отнял от уха телефон и посмотрел на яркий экран. Адаптивные часы показывали уже почти восемь вечера, а от солнца на улице осталась лишь полоса оранжевого цвета у линии горизонта. Небо наполнилось ультрамариновым оттенком, а плывущие по нему темные облака напоминали гигантских птиц. Редкие звезды терялись и меркли на фоне яркого беспрерывного магистрального освещения.
Машин на трассе было немного, и Мику это устраивало. Он кого-то обгонял, кто-то обгонял его, это, кстати, случалось куда чаще, поскольку качество нифлемских автомобилей было куда выше.
От монотонной ровной дороги и мелькающих фонарей Мика расслабился. Он даже подумывал, что мог бы чаще ездить на подобные задания.
«Классная все же у меня работа, мир хоть вижу», – думал Мика, стараясь не вспоминать о том, почему он прислуживает Святому Йонасу и кем он был до него.
Если бы родители остались в живых, наверное, его жизнь была бы совершенно другой. Лучше, легче, добрее. Наверное. Мика не хотел вспоминать тот день, когда он вернулся домой и застал их, лежащих на полу с простреленными головами на крохотной кухне. Лужи крови пропитали мягкий ковер под ними. Тогда Мика лег рядом и беззвучно рыдал несколько часов подряд. Потом Дэвид предложил лгать всем, мол, с родителями все в порядке, они просто живут далеко. Мика сначала злился, ведь все было не так, но потом принял и сам едва не уверовал в свою ложь. Так никто не пристает и не жалеет. Это ему на руку.
На секунду Мика прикрыл глаза. Не стоит отвлекаться от дороги, но в голову полезли совсем другие мысли, и от того, что они граничили с убийством его родителей, Мике даже стало как-то не по себе. Он вспомнил о Кэсси. Дэвид так часто твердит ему не приближаться к ней, что она превратилась в тот самый запретный плод.
В салоне мигнул свет, и Мика посчитал, что это глючит освещение на потолке, но вскоре он понял, что дело не в нем.
Свет снова мигнул.
Мика замер, когда до него дошло, что это моргает фарами черный внедорожник, следовавший за ним.
Мощная волна страха охватила все нутро.
– Че тебе по левой не катилось, придурок?
Схватив руль обеими руками, Мика показал левый поворот и перестроился на соседнюю полосу. Он посмотрел в зеркало заднего вида и заметил, как внедорожник перестроился за ним.
И снова моргнул.
Вот тогда-то Мика испугался не на шутку. До автопортала оставалось еще много, а та машина, судя по всему, принадлежит федералам, вышедшим на его бензиновый след. Но федералы не ездят на таких автомобилях, и это может означать, что внедорожник натравлен на него другими людьми.
– Черт возьми!
Мика с усилием нажал на педаль акселератора и смахнул капли пота со лба. Кудри разлохматились, и сейчас колючие волосы неприятно касались взмокшего лица, а одежда липла к телу и добавляла дискомфорта. Он опустил окно на одну треть, когда понял, что буквально задыхается от жары в салоне и запаха сгоревшего масла. От встречного ветерка то и дело приходилось убирать лезущие в глаза пряди.
Черный внедорожник маячил в зеркалах заднего вида, как плавник акулы в море. Мике было страшно Он, почти не глядя, полез за телефоном, но в сущем беспорядке не мог его найти. Трясущейся от страха рукой он разгребал фантики, жестяные банки и бычки от сигарет – там было все, кроме телефона.
