– Вот про это я и говорю, – сквозь зубы процедил человек, которого я любила. –Всегда и везде ты разыщешь двойное дно! Сколько бы я не старался сделать тебя счастливой, сколько бы не закрывал глаза на твои истерики, хоть ты и вела себя временами, как законченная стерва, ты все равно вечна была недовольна! Твоя проблема в том, что тебе всегда недостаточно. Что бы ты ни имела, ты никогда не бываешь удовлетворена. Постоянно ты стремишься к какой-то идеальной картинке, какой-то невоплощенной мечте. А если что-то не соответствует этому представлению, тебе кажется, что все катится к чертям! Разве это не правда? Ты ушла от меня, потому что тебе стало казаться, что я люблю тебя не в той степени, которая тебе нужна, не так ли? Ты хотела получать все без остатка, а, не получив, опять разочаровалась.
– Черт побери, Брайан, не тебе говорить мне о том, что я живу фантазией! – его слова кинжальной болью полоснули по мне, и мне захотелось только одного – отвратить этот удар на него самого. – Да вся твоя лицемерная жизнь – это твоя драгоценная камера! Ты ведь не в состоянии увидеть ничего, даже того, что подсунут тебе под нос, если только оно не находится в фокусе твоего объектива! Я удивлена, что ты до сих пор не соблазнился тем, чтоб сделать пару снимков. Только подумать, какие эмоции! Бьюсь об заклад, ты потом пожалеешь о таком упущении со своей стороны!
Он вдруг усмехнулся, неожиданно успокоившись.
– Нет, не пожалею, – сказал он своим обычным голосом, больше не отводя взгляд. – Этот день действительно разрушил все иллюзии, включая мои собственные. Мне действительно жаль, что все так вышло. Прощай, Летиция.
И он ушел из моей жизни, мягко прикрыв за собой дверь. Только звук удаляющихся шагов служил напоминанием о том, что не так давно я любила и была любима.
Завтра Роуз с Эриком и Полли собирались возвращаться домой, поэтому все мы собрались у Роджера в «Мечтах о Париже», чтоб как следует отпраздновать последний вечер. И, хоть я и не принадлежала к их семье, но уже почти забыла об этом, настолько дружеские, теплые и доверительные отношения у нас сложились за столь недолгое время. Раньше я и подумать не могла, что можно вот так вот привязаться к совершенно чужим людям, не сходящимся с тобой ни положением, ни возрастом, ни интересами. Я полюбила и веселые подтрунивания Джастины и Брайса, и тяжеловесные шуточки Роуз, и неумолкаемую болтовню детей с их робко-восторженным обращением «тетя Летти». Эти простые, добродушные и приветливые люди открыли мне свой теплый уютный мирок, в котором я больше всего нуждалась, при этом не требуя ничего взамен и не заставляя никому соответствовать. И я всегда буду благодарна им за это.
Вечер прошел прекрасно. Мы, пользуясь дружбой с Роджером, собрались в кондитерской уже после закрытия, так что она была полностью в нашем распоряжении. Что оказалось очень кстати – ведь при другом раскладе нам было бы непросто уместиться там. Сейчас же мы сдвинули вместе парочку столов и с комфортом расположились вокруг них. Дети наперебой просили меня привести Майло, и теперь он послушно лежал на полу и смотрел на нас умилительными блестящими глазками, строя из себя примерного пса. Что ж, посмотрим, насколько его хватит.
Роджер в очередной раз превзошел самого себя, завалив стол самыми разнообразными лакомствами: хрустящим печеньем с шоколадной крошкой, воздушным чизкейком со сладким кленовым сиропом, лаймовыми пирожными, крем-брюле с нежнейшим заварным кремом, пышными панкейками с карамельным соусом и вкуснейшим шоколадным трюфелем с ромом в ореховой крошке. Все это выглядело настолько соблазнительно и источало такие невероятные ароматы, что все мы решили наесться до отвала, даже если потом не сможем унести отсюда ноги. Брайс с заговорщическим видом достал бутылку выдержанного коньяка и немного бренди. Роджер, вообще-то, не приветствовал алкоголя в своем заведении, но оказался совсем не против, когда и ему протянули рюмку.
Вскоре от тепла, обилия сладостей, а, в случае взрослых, еще и превосходного крепкого коньяка, все совсем развеселились. Взрывы смеха не стихали и были слышны, наверное, по всей улице. Майло, как я и предполагала, недолго был послушным мальчиком и, зараженный всеобщей праздничной атмосферой, принялся бегать по кондитерской и совать свой любопытный нос во все углы, к вящему ужасу Роджера. Кэти, Полли и Эрик попытались оттащить его обратно к столу и заставить играть вместе с ними в сыщиков. Майло проявил упорное сопротивление предложению стать поисковой собакой, и в итоге воцарилась несусветная кутерьма.
