Брайан ни одним намеком не дал понять, куда мы направляемся. Я видела лишь, как многоэтажные освещенные громадины Нью Йорка постепенно сменяются небольшими скромными райончиками, широкие магистрали сужаются, а поток машин стремительно редеет.
Однако мы ехали уже достаточно долго, даже несмотря на то, что на пустой дороге мы неслись на приличной скорости, и я понемногу начала терять терпение.
– Мы что, выезжаем из города? – подозрительно спросила я.
– Совсем недалеко, – ответил Брайан. – Такие места тяжело сыскать в центре Нью Йорка.
– Так вы так и собираетесь держать интригу и не говорить мне, куда мы направляемся? – несмотря на то, что Брайан внушал мне полное доверие, я невольно вспомнила все страшные истории о пропавших без вести девушках, которые слышала по новостям, и начала нервничать.
Брайан посмотрел на меня и засмеялся.
– Можете уже выдохнуть, Летиция. Мы на месте. А теперь посмотрите вперед и скажите, не зря ли вы мне доверились.
Я отвела от него испуганный взгляд и посмотрела вперед. Нью Йорк с его шумом, суетой и спертым воздухом остался далеко позади. Мы ехали по практически пустой дороге среди переплетения громадных деревьев, загораживающих обзор. Однако машина резко свернула в сторону – и моим глазам предстало удивительное зрелище.
Впереди простиралась безграничное зеленое пространство. Верхушки высоких холмов были окутаны голубоватой дымкой. На меня повеяло прохладным и свежим, остро пахнущим листвой, воздухом, который бывает только за городом. Дорога начала забирать вверх, и мы подъехали к огромным каменным воротам, рядом с которыми было припарковано несколько машин. Брайан привез меня в прекрасный государственный парк, одно из живописнейших мест рядом с городом.
– Просто поразительно. Так вы решили свозить меня на природу? – от облегчения и восхищения у меня даже закружилась голова.
– А вы думали, я собираюсь одурманить вас и запереть в подвале своего дома, как в книге «Коллекционер»? – засмеялся он.
Честно сказать, именно такие мысли меня и посещали.
– Нет, конечно, – не моргнув глазом, ответила я. – Но ничего подобного я даже представить не могла. Вы умеете удивлять, Брайан.
– Осторожно, Летиция, не думайте обо мне слишком хорошо, а не то мне придется постоянно держать марку. Вы никогда здесь не были?
– Никогда, – призналась я. – А вы?
– Не так чтобы часто. Я приезжаю сюда только тогда, когда хочу остаться наедине с собой, поразмышлять, заглянуть в себя, восстановить внутренние резервы.
Значит, это что-то вроде его тайного пристанища. Что ж, мне не могло не доставить удовольствия то, что Брайан решил привезти меня в свое любимое место, хотя мы и были знакомы весьма недолго. И пусть это и было только для фотосессии, но мне не терпелось побывать там, где Брайан чувствовал себя спокойно и умиротворенно. Может, тогда я смогу лучше понять его?
Через несколько минут, оплатив парковку, мы с Брайаном уже вступали в волшебные владения парка, жадно вдыхая пряный чистый воздух, насыщенный влагой. Нам едва удалось отделаться от назойливых гидов, предлагающих «провести нас по всем тайным тропам», и мы вдвоем углубились в тенистую прохладу под сенью сплетенных над нашими головами ветвей.
Если честно, я почти никогда не бывала за пределами города. Вся моя жизнь протекала среди организованного порядка: одинаковых домов, ровных, пересекающихся под прямыми углами дорог, аккуратно подстриженных газонов и искусственной травы неестественно-яркого цвета. Здесь же все дышало дикостью, свободой, необузданностью и полным отсутствием хоть какой-нибудь упорядоченности. Грунтовая дорожка петляла вверх и вниз по холмистой местности, корни деревьев когтистыми лапами вылезали из земли и жадно протягивали свои лапы во все стороны, травы и дикие цветы, над которыми с жужжанием кружили жучки и мотыльки, разрастались, как им было угодно, источая пьянящие ароматы. Здесь, в этом диком уголке, исчезало всякое влияние города с его незыблемыми законами, правилами и условностями. Здесь ты возвращался в лоно природы, как это было тысячи лет назад. Находясь в этом мире, столь чуждом моему, было трудно поверить, что совсем рядом раскинулся громадный, задымленный Нью Йорк.
Мы прошли не так много, когда до меня донесся грохот обрушивающейся воды, и я увидела в просвете между деревьями пенящиеся потоки водопада. Я не могла сдержать восторга.
– Брайан, смотрите, там водопады! Скорее, подойдем поближе!
И я побежала вперед, прямо в своем столь неподходящем для этой цели наряде. Шлейф платья развивалось у меня за спиной, тонкая подошва туфель не сглаживали всех камешков и неровностей поверхности, однако меня это не останавливало. Я неслась вперед, словно на крыльях, и ветер свистел у меня в ушах. Я чувствовала себя лесным призраком, порхающим в туманной чаще в платье, сотканном из лучей лунного сияния.
Сзади донесся хруст ветвей и шелест листьев, и Брайан поравнялся со мной. Висящая на груди камера подскакивала у него на груди. Он ухватил меня за локоть и потянул назад, заставляя остановиться.
