Но в тот вечер, когда генерал вышел из-под вязов поговорить с капитаном Кервелем, он был всерьез озабочен. Держать поселение в прежних границах становилось все трудней и трудней. Перенаселение превратилось в серьезную угрозу, причем тогда, когда большинство крольчих осталось без потомства. От этого, несмотря на прекрасную жизнь, у них испортился характер, и управлять ими стало нелегко. Недавно несколько крольчих пришли на Совет за разрешением покинуть город. Сначала они говорили спокойно, обещая, если Совет захочет, уйти далеко-далеко, но когда поняли, что их просьбу ни за что не удовлетворят, пришли в такой гнев, в такую ярость, что пришлось применить строгие меры. До сих пор у генерала не прошел неприятный осадок. И наконец, в последнее время аусла начала терять среди рядовых былое уважение.
Какие-то четверо бродяг, выдававших себя за послов, по решению Совета были отправлены в подразделение с меткой на правом боку. Генерал не успел выяснить, откуда они взялись. Им с легкостью удалось провести командира подразделения, прорваться сквозь посты и скрыться под покровом ночи. Разумеется, офицера, отвечавшего за это подразделение, капитана Анхуза, разжаловали и прогнали из ауслы. И это наказание, пусть справедливое, тоже оставило неприятный след в душе генерала. Беда была в том, что в Эфрафе почти не осталось хороших офицеров. Подобрать гвардейцев для ауслы – как правило, часовых – не представляет труда, но офицеров – другое дело, а тут меньше чем за месяц потеряны трое. Анхуза генерал списал со счетов – никогда его не восстановят в звании. Капитану Горчаку не повезло еще больше: преследуя беглецов, он, храбрый, изобретательный кролик, попал под поезд. Вот еще одно доказательство того, что все зло на свете от людей. Но самую скверную и поразительную новость принесли гвардейцы, вернувшиеся всего две ночи назад после обхода северных границ Эфрафы. Капитана Кровца, самого опытного, самого достойного служаку, убила лисица. Случай странный и неприятный. Патруль наткнулся на след довольно большой группы кроликов, очевидно направлявшихся в сторону Эфрафы с севера. Патруль устремился вдогонку, вышел на окраину леса, но не успели гвардейцы и глазом моргнуть, как вдруг прямо на них вылетел чужак. Разумеется, его попытались остановить, но за ним, как видно, гналась лиса, потому что в мгновение ока она ворвалась в лес и убила беднягу Кровца. Помощник командира патруля Крестовник приказал остальным возвращаться и довел их до дома в полном порядке. И правильно сделал. Но чужака потерял, а гибель Кровца, ни за что ни про что, привела ауслу в полное уныние.
Генерал выслал в погоню новые патрули, но тем удалось лишь установить, что чужаки перебрались через железную дорогу и исчезли где-то на юге. Мысль о том, что они прошли так близко от Эфрафы и ускользнули от гвардейцев, была просто невыносима. Наверняка по-настоящему предприимчивый офицер и теперь еще смог бы догнать их. Именно предприимчивый, скажем, как капитан Дрема. Генерал редко посылал патрульных на ту сторону железной дороги, и эфрафцы плохо знали сырой правый берег. Он пошел бы и сам, но из-за всех домашних неурядиц это было рискованно, да и Дрему сейчас не отпустишь. Нет! Пусть это невероятно обидно, но о чужаках лучше на время забыть. Сначала нужно пополнить поредевшие ряды ауслы. Желательно теми, кто, не колеблясь, мог бы погасить малейшие очаги неповиновения. Нужно побыстрее повысить в звании лучших. Не высовываться какое-то время и толком их обучить. А потом жизнь войдет в обычную колею.
Немного рассеянно генерал поздоровался с капитаном Кервелем и мысленно вернулся к своим заботам.
– Кто у тебя на посту, Кервель? – наконец спросил он. – Я знаю кого-нибудь?
– Там хорошие ребята, сэр, – ответил Кервель. – Вы знакомы с Майораном – он был в вашем патруле вестовым. И еще, может быть, с Тимьяном.
– Да, этих я знаю, – произнес Дурман. – Офицеров из них не получится. Надо кем-то заменить Горчака и Кровца – вот куда я клоню.
– Непростая задача, сэр, – отозвался Кервель. – Такие кролики в траве не валяются.
– И все-таки их найти надо, – сказал Дурман. – Подумай над этим хорошенько, потом доложишь. А сейчас я хочу проверить у тебя посты. Не хочешь пройтись со мной?
Но едва они собрались в обход, как подбежал еще один кролик. Это оказался не кто иной, как сам капитан Дрема. В обязанности Дремы входил в первую очередь поиск хлессилей в окрестностях Эфрафы. Он же обязан был докладывать о любых переменах, все равно, что это – появится ли в грязи след гусеничного трактора, обнаружат ли ястребиный помет или новые удобрения на пшеничном поле. Опытный следопыт, Дрема ничего – или почти ничего – не упускал из виду и был одним из тех немногих, кого Дурман искренне уважал.
– Я тебе нужен? – после некоторой паузы спросил его генерал.
– По-моему, да, сэр, – ответил Дрема. – Мы нашли хлессиля и привели сюда.
– Где вы его нашли?
– Рядом с аркой, сэр. На нашей стороне.
– Что он делал?
