Шишак выглянул из-под арки на другую сторону насыпи, сел и огляделся. Ни Ореха, ни Кехаара. Впервые после того, как он набросился на конвой, Шишак встревожился и растерялся. В конце концов, Кехаар ведь мог и не понять утром его иносказаний. И с самим Орехом тоже могло произойти что угодно. А если все погибли, если разбежались и потерялись и теперь некому их встретить? Тогда Шишаку остается только водить крольчих по полям до тех пор, пока патруль не нападет на след и не прикончит всех до одного.
– Не бывать этому, – процедил сквозь зубы Шишак. – На худой конец, перейдем на тот берег и попробуем спрятаться в лесу. Проклятое плечо! Мешает больше, чем я думал. Ладно, попытаюсь отвести их к деревянному мосту. Если нас не перехватят по дороге. Может, дождь задержит погоню. Но вряд ли.
Он вернулся к крольчихам, которые ждали под аркой. Вид почти у всех был совершенно растерянный. Хизентли говорила, что их защитит большая птица, что новый офицер придумал какую-то хитрость – хитрость, которая собьет с толку генерала Дурмана. Но вышло все не так. С насыпи лились потоки воды, и земля под аркой постепенно превращалась в грязное месиво. Впереди не было видно ничего, кроме тропинки, которая вела сквозь заросли крапивы в большое широкое поле.
– Вперед! – крикнул Шишак. – Уже недалеко. Там вы будете в безопасности.
Крольчихи вскочили немедленно. «В этой эфрафской дисциплине что-то есть», – с мрачным удовлетворением подумал Шишак, выскочив из-под арки навстречу шквальному ветру.
За вязами к заливному лугу тянулась ровная широкая колея, наезженная фермерскими тракторами, – та самая, по которой три ночи назад Шишак, оставив в лодке Ореха, поднялся к Эфрафе. Теперь ее развезло – кролики очень такого не любят, – но вела она прямо к реке, да и Кехаару на открытом месте легче будет их заметить, если он сейчас вылетит на поиски.
Но только он двинулся с места, как сбоку раздался голос:
– Остановись, Тлайли! Что ты здесь делаешь? Куда ты?
Все время Шишак ждал появления капитана Дремы и решил, если понадобится, живым его не отпускать. Но теперь, глядя, как тот бежит сбоку, сдержанный и спокойный, всего лишь с четверкой патрульных против целой оравы отчаявшихся беглецов, и не боится ни бури, ни расплывающейся под ногами грязи, Шишак ощутил лишь горькое сожаление оттого, что им пришлось стать врагами, и подумал, с каким удовольствием он предпочел бы забрать Дрему с собой.
– Уходи, – ответил Шишак. – Не пытайся нас остановить, Дрема. Я не хочу тебе зла. – Потом обернулся и крикнул: – Черновар, подтянись! Если кто отобьется, попадет к патрульным!
– Лучше вернитесь! – крикнул, не отставая ни на шаг, Дрема. – Я ведь все равно не выпущу вас из виду, куда бы вы ни свернули. За вами уже послали погоню – я слышал сигнал. А когда они будут рядом, у вас не останется ни малейшей надежды. Ты ведь весь в крови.
– Проваливай! – рявкнул ему Шишак. – Прежде чем меня прикончат, ты сам зальешься кровью!
– Сэр, разрешите мне разобраться с ним? – И Черновар повернулся к Дреме. – Второй раз тебе меня не одолеть.
– Нет, – ответил Шишак, – ему только и нужно, что задержать нас. Не останавливаться!
– Тлайли! – вдруг раздался сзади крик Тетатиннанг. – Генерал! Генерал! Что же делать?!
Шишак оглянулся. При виде генерала дрогнуло бы самое отважное сердце. Генерал первым выскочил из-под арки и бросился к беглецам, рыча от ярости. За ним мчался патруль. С полувзгляда Шишак узнал Кервеля, Гравилата и Крестовника. Следом среди других бежал и огромный, свирепого вида офицер, в котором Шишак узнал Вереска, главу ауслафы. В мозгу промелькнула мысль: если попытаться удрать одному, они, может быть, догонять не станут да еще и обрадуются, что так легко от него отделались. Иначе смерть. В ту же минуту Шишак услыхал голос Черновара:
– Сэр, вы сделали все, что могли, и дело уже почти выгорело. Может, нам даже удастся кое-кого прикончить. Крольчихи ведь тоже умеют драться, когда надо.
Шишак быстро-быстро потерся носом о драное ухо Черновара, остановился и сел на задние лапы в ожидании генерала.
– Ах ты, паршивая грязная тварь, – сказал генерал. – Ты, кажется, посмел напасть на полицейского! Ты сломал ему ногу! Ты останешься здесь навсегда. Тебе незачем возвращаться в Эфрафу.
– Полоумный погонщик рабов, – отозвался Шишак. – Посмотрим, как это у тебя получится.
– Прекрасно, – прорычал генерал, – кто у нас тут есть? Вереск, Дрема, кончайте с ним! Остальных гнать всех обратно. Черновара оставьте мне.
– Фрит небесный! – воскликнул Шишак. – Да такого мерзавца и кроликом-то не назовешь! Разрази тебя гром вместе с твоей поганой ауслой!
