Обитатели холмов полностью

– Я тоже скоро вернусь, – сказал Шишак. – А ну, прочь с дороги, понятно? – Он оттолкнул Бартсию в сторону и прыгнул в канаву.

Небо нависло еще ниже. Черновар примостился в самом конце, под нависшим цветком бутня. По незажившим шрамам ползали мухи, но он, кажется, не обращал на них внимания. Шишак подошел и пристроился рядом.

– Слушай, Черновар, – заговорил он. – Клянусь Фритом и Черным Кроликом, я не вру. Я враг Эфрафы. Но об этом знаешь только ты да несколько крольчих. Сегодня вечером я собираюсь бежать и хочу взять тебя с собой. Пока тебе ничего делать не надо. Жди, когда я приду. Просто жди и готовься.

Не дожидаясь ответа, Шишак отошел в сторону, словно нашел местечко поудобнее. Вернулся он в нору раньше Черновара, который явно не собирался никуда идти, раз конвой его не зовет, а тот тоже не торопился.

– Сэр, – обратился Бартсия к Шишаку, когда тот проходил мимо, – в третий раз вы оказываете непочтение к полиции Совета. Боюсь, мне придется доложить о вас, сэр.

Шишак не ответил и пошел своей дорогой. Проходя мимо поджидающих своей очереди кроликов, он сказал:

– Потерпите еще немного. Вряд ли того беднягу выведут сегодня еще раз.

Ему пришло в голову разыскать Хизентли, но, поразмыслив, он решил весь день держаться от нее подальше. Хизентли и сама знает, что делать, а чем реже их будут видеть вместе, тем лучше. Голова у него разламывалась от жары, и Шишаку захотелось лишь, чтобы его оставили в покое. Он вернулся к себе и уснул.

К вечеру тучи совсем сгустились. Все понимали, что настоящего заката сегодня не будет. Орех сидел на зеленой тропинке у берега и дрожал от страха, рисуя себе ужасные картины того, что могло случиться в Эфрафе с Шишаком.

– Он велел тебе напасть на часовых во время силфли. Так? – спрашивал он Кехаара. – И сказал, что в суматохе выведет крольчих?

– Так, скасал, но не стелал. Потом он скасал уйти и фернуться фечером. – Акцент у Кехаара от волнения стал еще резче.

– Значит, он все же готовит побег. Вопрос в том, когда они выйдут на силфли. Уже темнеет. Серебряный, что скажешь?

– Насколько я знаю эфрафцев, из-за погоды они порядков не меняют, – ответил Серебряный. – Но если ты боишься опоздать, почему бы не пойти туда прямо сейчас?

– Да потому, что они все время шныряют повсюду. Чем дольше мы там просидим, тем больше риск. Вдруг патруль нас застукает – нам уже будет не до Шишака. К тому же тогда они сообразят, что мы что-то задумали, поднимут тревогу – вот тут и конец Шишаку.

– Послушай, Орех-pax, – сказал Черничка. – Мы должны подойти к железной дороге одновременно с Шишаком, и ни секундой раньше. Собери всех, и пошли на тот берег, подождем в подлеске у лодки. А Кехаар нападет на часовых, потом прилетит и предупредит нас.

– Да, это то, что нужно, – согласился Орех. – Но нам придется лететь пулей. Шишаку мы нужны не меньше, чем Кехаар.

– Ну, тебе-то «лететь» как раз не придется, – заявил Пятик. – С твоей-то ногой. Ты уж лучше оставайся в лодке и принимайся за веревку. Если же нам придется драться, за старшего будет Серебряный.

Орех задумался.

– Но ведь это очень опасно. Не могу же я отпустить вас, а сам отсиживаться в тихом месте.

– Пятик прав, – возразил Черничка. – Тебе придется остаться. Иначе вдруг ты попадешь к эфрафцам? Кроме того, веревка – тоже важное дело, и действовать тут надо с головой. Она должна оборваться вовремя – ни раньше, ни позже.

Орех согласился не сразу. Потом с неохотой признал, что друзья правы.

– Если Шишак вечером не появится, – решил он, – я сам разыщу его в Эфрафе, где бы он ни был. Фрит знает, что они могли там с ним сделать.

Когда кролики двинулись в путь по левому берегу, подул порывистый теплый ветер, зашелестела осока. Едва они добежали до деревянного мостика, послышался первый раскат грома. Странный резкий свет словно увеличил травинки и деревья, а поля за рекой показались совсем рядом. Все замерло в ожидании.

– Знаешь, Орех-pax, никогда мне еще не доводилось собираться на свидание в такой захватывающей обстановке, – сказал Колокольчик.

– Скоро она нас до того захватит, что деться будет некуда, – буркнул Серебряный. – Сейчас начнется ливень и гроза. Господи боже, заклинаю вас, только не пугайтесь грома, иначе никогда нам не видеть своих холмов. Нелегкое будет дело, – спокойно добавил он, обращаясь к Ореху. – И не слишком мне все это нравится.

Шишак проснулся оттого, что кто-то настойчиво звал его по имени.

– Тлайли! Тлайли! Проснись! Тлайли!

Это был голос Хизентли.

– Что такое? – спросил он. – В чем дело?

– Нельтильту арестовали.

Шишак вскочил на ноги.

– Когда? Давно? Почему?