Вышло так, что в «Улей» Орех с Плошкой попали только к вечеру. Едва они подкрепились в поле, как полил дождь, подул холодный ветер, и приятели приискали себе укрытие – сначала в канаве (но канава была на склоне, и минут через десять ее стало заливать), а потом под крышей сарая, стоявшего на полдороге к дому. Зарывшись в огромную кучу соломы, друзья послушали – нет ли крыс. Но все было тихо, и они задремали, потом крепко уснули, а дождь за стеной стучал и стучал. В полдень Орех с Плошкой проснулись. Еще моросило, и Орех решил не торопиться. Идти по мокрой траве неприятно, а кроме того, ни один уважающий себя кролик не уйдет из сарая, так совсем ничего не попробовав. Отведав и брюквы, и свеклы, они двинулись в путь лишь тогда, когда начало смеркаться. Стараясь наверстать время, друзья припустили по полю и добрались до леса засветло; шкурки у них насквозь промокли, отчего оба страдальчески морщили носы. Только два или три кролика выбрались в этот час из нор в поникшую от дождя траву. Никто не спросил, где они были, и Орех прямиком спустился к себе, настрого наказав Плошке никому не рассказывать о путешествии. В норе никого не оказалось. Орех лег и уснул.
Проснувшись под утро, он, как всегда, почувствовал под боком Пятика. Земляной пол был сухой, уютный, и Орех решил еще немного поспать, но вдруг Пятик сказал:
– Ты промок насквозь.
– Да? Ну и что? Шел дождь.
– Во время силфли так не промокнешь. На тебе же просто все хлюпало. Тебя не было целый день. Ведь так?
– Я бегал поесть внизу.
– И ел брюкву? А ноги пропахли фермой – куриным пометом и мякиной. И чем-то еще – никак не пойму. Что случилось, Орех?
– Ну, немножко схватился с кошкой, чего волноваться?
– Ты что-то скрываешь. И это «что-то» опасно.
– Это Падуб сейчас в опасности, а не я. Чего обо мне беспокоиться?
– Падуб? – с удивлением переспросил Пятик. – Но Падуб и все остальные добрались до южного городка еще вчера вечером. Прилетел Кехаар. Ты что, хочешь сказать, что не знал об этом?
Орех понял, что попался.
– Ну теперь и я все знаю, – ответил он. – И очень рад.
– Значит, так, – сказал Пятик. – Вчера ты ходил на ферму и удрал от кошки. А на уме у тебя было что-то такое, отчего вечером ты забыл даже спросить про Падуба.
– Ладно, Пятик, я все расскажу. Я взял Плошку, и мы сбегали на ферму, про которую говорил Кехаар. Туда, где кролики в клетке. Я их нашел, поговорил, пообещал вернуться и выпустить на свободу.
– Зачем?
– Ну, у них есть две крольчихи.
– Если Падуб выполнит поручение, у нас будет крольчих сколько хочешь, а судя по тому, что мне приходилось слышать о ручных кроликах, им не так-то просто выжить на воле. По-моему, все дело в том, что ты просто решил отличиться.
– Отличиться? – переспросил Орех. – Посмотрим, что еще скажут Шишак с Черничкой.
– Рисковать жизнью, своей и чужой, просто из удальства? – поинтересовался Пятик. – Эти двое, конечно, пойдут с тобой. Ты ведь теперь старшина. Только ты теперь можешь решать, что всем нам необходимо. В тебя верят. Пусть ты их уговоришь, но ничего это не докажет, а вот несколько мертвецов станут очень веским доказательством твоей глупости. Только будет уже слишком поздно.
– Ну ладно, – сказал Орех. – Я хочу спать.
На следующее утро Орех всем рассказал о походе на ферму и о своей затее, а Плошка почтительно поддакивал. Как и рассчитывал Орех, Шишак при одной только мысли о том, как он двинет на ферму освобождать сородичей, так и подпрыгнул на месте.
– Все будет отлично! – воскликнул он. – Блестящая мысль, Орех! Открывать клетки мне не по зубам, но Черничка все может. Плохо только, что ты сбежал от кошки. Кошка – достойный соперник. Однажды моя мать подралась с этой зверюгой, и, скажу я вам, кое-что ей осталось на память – матушка выдрала у нее клок шерсти, будто осеннюю травку! Всех фермерских кошек беру на себя, да в придачу пару приблудных!
Черничка говорил более рассудительно, но и он, как Орех и Шишак, втайне стыдился того, что отсиживается дома, в теплой норе, когда Падуб рискует жизнью, чтобы выполнить их поручение. Услышав, как высоко ценят его за сообразительность, Черничка сразу же согласился.
– Наверное, больше никто и не нужен, – сказал он. – Говоришь, Орех, пес привязан и вряд ли сорвется? Если нас будет слишком много, в темноте мы только начнем мешать друг другу, кто-нибудь непременно отстанет, и потеряем время.
– Тогда возьмем Одуванчика, Плющика и Дубка, – решил Шишак. – Остальные остаются дома. Орех-pax, когда ты хочешь идти – сегодня ночью?
– Чем скорей, тем лучше, – ответил Орех. – Собери этих троих и все расскажи. Жаль, что идти придется в темноте – можно было бы взять Кехаара. Ему понравилось бы.