Но в этот вечер их надеждам не суждено было сбыться: в сумерки снова зарядил дождь, с северо-запада подул ветер и принес из долины, от садовых изгородей, аромат цветущей бирючины. Орех сидел на обрыве до темноты. Наконец, примирившись с мыслью, что дождь до утра не кончится, он вернулся в «Улей» и присоединился к остальным кроликам. Все уговорили Кехаара спуститься к ним, подальше от дождя и ветра. А затем они слушали рассказ Одуванчика об Эль-Ахрайрахе, а потом еще одну историю, удивившую и озадачившую всех до единого, – историю о том, как Фрит отправился путешествовать и за это время дождь затопил всю землю. Тогда человек построил огромную плавучую клетку, посадил в нее всех зверей и всех птиц, а потом Фрит вернулся и выпустил их на волю.
– Но ведь больше никогда ничего подобного не случится, Орех-pax? – спросил Плошка, слушая, как дождь снаружи шелестит в буковых листьях. – У нас-то такой клетки нет.
– Не бойся, Кехаар отнесет тебя на луну, Хлао-ру, – сказал Колокольчик, – а ты свалишься оттуда прямо Шишаку на голову, будто березовый сучок на морозе. Но сначала пошли поспим.
Перед сном Пятик еще раз попробовал заговорить о налете.
– Наверное, нет смысла просить тебя отменить поход? – начал он.
– Послушай, – начал Орех, – у тебя что, опять дурное предчувствие? Тогда скажи прямо. И решим, что и как.
– Никакого предчувствия нет, – отозвался Пятик. – Но это не значит, что все в порядке. Предчувствие ведь нахлынет когда вздумается, и совсем не всегда. Я ничего не чувствовал ни перед встречей с лендри, ни перед нападением вороны. Если на то пошло, я понятия не имею даже, что там сейчас у Падуба. Может, все хорошо, а может, наоборот, плохо. Но вот ты и впрямь меня беспокоишь – только ты, остальные тут ни при чем. За последние дни ты стал какой-то… далекий, какой-то четкий и ясный, словно мертвая ветка на фоне неба.
– Ну, если ты думаешь, будто что-то может случиться только со мной, скажи об этом всем. Они решат, остаться мне или нет. Но знаешь, Пятик, лучше ты помолчал бы. Тебе, конечно, поверят, но все равно кто-нибудь да подумает, что я просто струсил.
– Ну, Орех, я просто сказал, что из-за этого не стоит рисковать. Почему бы не дождаться Падуба? Только и всего.
– Я окажусь в неудобном положении, если буду дожидаться Падуба. Неужели ты не понимаешь, что я хочу все сделать до его возвращения? Послушай, Пятик, я тебе вот что скажу. Я доверяю твоему мнению и поэтому приму все меры предосторожности. Я сам даже во двор фермы не сунусь. Останусь ждать у прохода в изгороди. И если это не развеет твои опасения, то уж и не знаю, как быть.
Пятик ничего не ответил, и Орех мысленно вернулся к предстоящему налету, пытаясь предусмотреть все неожиданности, с которыми можно столкнуться во время возни у клетки или на обратном пути.
Следующий день выдался ясным, чистым, безоблачным; свежий ветер подсушил еще влажную траву. Как и в тот майский вечер, когда Орех впервые поднялся по этому склону, из-за перевала плыли облака. Высоко-высоко собирались маленькие барашки и постепенно затягивали все небо, точь-в-точь прилив – береговую отмель. Орех кликнул Шишака с Черничкой и повел к краю обрыва, откуда видны были невысокий холм и ферма «Орешник». Он показал, как туда добираться и как найти клетку. Шишак был в отличнейшем расположении духа. Предвкушение предстоящего дела будоражило его больше, чем ветер, и он довольно долго инструктировал Одуванчика, Дубка и Плющика, стараясь как можно точнее изобразить вполне вероятную встречу с кошкой, – при этом сам он был «кошкой», а остальные старались сбить его с ног. Орех, у которого после разговора с Пятиком все-таки оставался неприятный осадок, глядя на возившихся в траве приятелей, снова повеселел и в конце концов тоже увлекся игрой. Он набросился на Шишака, потом сам попытался изобразить кошку, изо всех сил тараща глаза и потягиваясь – точь-в-точь как серая полосатка, которая встретилась им на ферме.
– Теперь, если нам кошка
– Встретишь, встретишь, местер Дуван, – произнес Кехаар, который неподалеку выискивал в траве улиток. – Местер Шишак хочет польшую сабаву. Хочет, чтопы фсе пыли смелые. Но кошка не сабава. Ее не видно, не слышно. Потом – памм! Она уже тут!
– Но и мы идем туда не на обед, Кехаар! – отозвался Шишак. – В этом все дело. Мы же не собираемся там любоваться кошками.
– А почему бы не съесть ее на обед?! – воскликнул Колокольчик. – Или давайте тащите кошку сюда вместо крольчихи, и займемся ее воспитанием! Тогда нашему роду ничто не грозит.
