«Лежит нечто, – раздраженно подумал отец Борис. – Лежит нечто, вполне материальное на вид и на ощупь, невесть откуда и зачем взявшееся. И я, не последний из людей по уму, не в состоянии сказать о нем ничего определенного. У меня нет даже отправной точки для рассуждений. Нет никаких критериев оценки». При мысли о полной своей беспомощности отец Борис ожесточился сердцем. «Критерий найдем», – пообещал он предмету зловеще. Сходив на кухню за ножиком, он спросил с ехидцей: «Ты по-прежнему молчишь?» Предмет лежал, храня надменное спокойствие. «Ты не оставляешь мне выбора, – развел руками отец Борис. – Воображаешь, будто ты вещь в себе. Ты избрал не лучший путь, если ты живой и вообще можешь избирать что-либо. Но дабы совесть моя осталась чиста, я вкратце познакомлю тебя с тем, чему надлежит быть. Сперва, – отец Борис строго повертел ножом, – я попробую разрезать тебя пополам. Независимо от того, удастся мне это сделать или нет, вторым пунктом стоит погружение в воду. Надо думать, ты догадываешься, что за водой последует пламень. И коль скоро после всех перечисленных действий я все также не буду располагать никакой информацией о тебе, я прочту над тобой молитву. Если не поможет и молитва, то я тогда – да простит мне Господь! – прочту ее повторно, но задом наперед, как делают это приспешники дьявола: может быть, это произведет на тебя впечатление. Коли нет – придумаю что-нибудь еще». Отец Борис выждал немного, затем перекрестился и начал резать предмет, словно булку. Возражений со стороны подопытного материала не последовало. Отец Борис преуспел. Нож был острый, и вскорости предмета стало два. Половинки ничем, кроме размеров, не отличались от целого. Поверхность среза выглядела точно так же, как и наружная.
«Я не шучу, – пригрозил отец Борис. – Я гордый. Ты думаешь, я отдам тебя ученым? Чтоб они понаписали горы ерунды, ничего не поняв? Нет, ошибаешься. Мне стыдно терпеть поражение в единоборстве с каким-то неизвестным, но примитивным, по всей вероятности, явлением природы».
Отцу Борису сделалось весело. Напевая что-то застольное, он завернул откромсанную половинку в тряпицу и пошел в ванную. Зашумела вода. Донесся озабоченный голос отца Бориса: «Сперва испробуем холодную». Позже, после непродолжительного молчания, половинку утешили: «Имей в виду, святая вода у меня тоже наличествует. Но с ней повременим».
Предмет мужественно вытерпел все испытания. Лишь поджаривание на плите возбудило в нем некие волны, интуитивно воспринятые отцом Борисом как опасное недовольство. Тот пошел на сделку с совестью: испугавшись неясной угрозы, сказал себе, что проба огнем длилась достаточно долго и жарить предмет дальше нет надобности.
Когда молитвы, прочитанные как спереди назад, так и задом наперед, не дали эффекта, инквизитор задумался. В дверь позвонили.
3
Возвращаясь домой, Гриша Ф. еще не раз сталкивался с воинами «Армии Спасения». Казалось, что Армия, незаметно расползшаяся из каких-то щелей, заполонила город. В пустынных переходах метро слонялось без дела особенно много ее солдат. Повсюду виднелись плакаты с нелепыми призывами, мелькали листовки. Все это имело отчетливый религиозный привкус, разве что не удавалось понять, какую именно конфессию Армия представляет.
В почти безлюдном вагоне Гриша обнаружил роспись на стеклах дверей. Те же странные, неопределенные заявления типа «Возрадуемся», «Придите к нам» и «Армия Спасения – оплот мира, труда и спасения». «Как же я проморгал, – недоумевал Гриша. – Ведь не сегодня же они народились». Впрочем, он проморгал немало других вещей, прямо-таки бросавшихся в глаза. Нынешним вечером он имел удовольствие в том удостовериться. Как ему удавалось жить и не замечать, что мир, разрывая привычные связи, разваливается на куски и из трещин тянет чем-то фантастическим и диким? Гриша рассеянно побрел по вагону, читая надписи на дверях и листовки на окнах. Среди них попадалось много документов иного содержания, не относившихся к деятельности «Армии Спасения». Куцая афишка приглашала на встречу с посланцем далекой звезды. Встреча назначалась в Доме культуры. Инопланетянин не иначе, как поиздержался в пути и теперь хотел заработать на обратный билет. Еще одна афиша предупреждала о лекции заслуженного колдуна из глубинки. Колдун славился победами над ведьмами, вампирами, зомби… что такое? Гриша непонимающе помотал головой и стал читать дальше: киборгами, терминаторами, дилерами, независимыми дистрибьюторами маркетинга, черепашками-ниндзя… Гриша восторженно захохотал, а поезд тем временем успел доехать до нужной станции. Гриша, хохоча, покинул вагон и тут же налетел на типа в синей шинели.
«Много званых, мало избранных», – проворчал тип, одной рукой протягивая Грише листовку «Армии Спасения», а другой – картонную коробку для пожертвований.
«Ладно, ладно, – отозвался Гриша, проходя мимо. – Жулье чертово». Он поспешил к выходу и вскоре без особых приключений попал домой.
