Обманный бросок полностью

Риз усмехается, глядя на выражение моего лица. Широко распахнув глаза и приоткрыв рот, я мысленно повторяю ее слова, чтобы убедиться, что расслышала их правильно.

– Правда? – У меня срывается голос.

– Правда.

– Ну… – Я запинаюсь, пытаясь собраться с мыслями, подобрать какие-то слова, но тщетно. Что, черт возьми, происходит?

Риз начинает говорить раньше, чем я успеваю хоть что-то произнести.

– Похоже, я ищу нового главного врача.

Этого не может быть! Я пришла сюда с намерением никогда больше не появляться в этих залах, и теперь… О боже!

– Я не могу. – Я качаю головой. – Уилл. Эта работа должна достаться ему. Он второй врач и пришел сюда раньше меня. Он следующий в очереди.

– Это не так. Первой были вы. Именно это Уилл и сказал, когда мы беседовали с ним сегодня утром. Он согласен, что эта должность должна быть вашей.

– Уилл так сказал?

– И совсем не удивился, когда я сообщила ему о вашей квалификации.

– Никто из нас не удивлен, – говорит Монти. – Кеннеди, ты впечатляюще хороша как врач!

Мои глаза начинает щипать.

– Спасибо…

Риз подается вперед.

– Итак, что скажете? Для меня, первой женщины – владелицы команды, будет честью иметь в команде первого главного врача – женщину.

Я не могу поверить в происходящее, но, прежде чем ответить, опять смотрю на Монти. Словно прочитав мои мысли, он снова развеивает мое беспокойство:

– Это не из-за Исайи, – повторяет Монти… – Не для того, чтобы его удержать. Это для того, чтобы удержать здесь тебя. Если тебе нужны доказательства, то, поверь, я с радостью его обменяю.

У меня вырывается смешок:

– Пожалуйста, не делай этого!

Монти мило улыбается.

– Итак… – настаивает Риз. – Что скажете?

– При одном условии.

– О, теперь она выдвигает требования! – иронично замечает она. – Дерзайте.

– Мне нужен офис-менеджер. Я не хочу все время тратить на бумажную работу. Я хочу практиковать в тренажерном зале и на поле.

– Идет!

Ну вот. Это оказалось легко!

– И еще кое-что.

Риз кивает, чтобы я продолжала, и пытается сдержать смех.

– Моя предыдущая должность должна быть занята. Я хочу сама найти себе замену.

– Ну, это часть ваших новых обязанностей.

Черт возьми, так оно и есть!

– Итак, это означает «да»? – настаивает Риз.

Моя улыбка становится шире, а щеки вспыхивают.

– Это означает «да».

– Отлично! Я подготовлю для вас новый контракт. И, Кеннеди, я знаю, что мой дедушка установил несколько архаичных правил. Например, что, если вы с Исайей прекратите отношения, одному из вас придется уйти. – Она качает головой. – Меня это не волнует. Если вы не захотите продолжать отношения, то не потеряете из-за этого работу.

– Риз, спасибо! Но это не станет проблемой.

Она понимающе улыбается, как будто уже давно знает некоторые детали.

– Ладно. Приятно слышать, но… – Ее взгляд скользит по моей одежде. – Вы сможете приступить к работе сегодня вечером? Мне не хватает врача.

– Конечно, смогу!

Монти встает.

– Мне нужно подготовиться к игре. Кеннеди, мы все рады, что ты остаешься.

– Спасибо тебе, Монти! За все.

– Не благодари меня. Это все ты. Но сегодня вечером мненужна победа, так что тебе, наверное, стоит сообщить своему мужу, что ты остаешься.

Я в полном оцепенении покидаю кабинет Риз. Когда за мной закрывается дверь, зрение затуманивается, и я не в силах сфокусироваться.

Что, черт возьми, только что произошло? Как все это случилось?

Хотя, кажется, правильнее будет спросить, как вышло, что мне так повезло.

– Кенни.

Этот голос возвращает меня к реальности, и я сосредотачиваюсь на Исайе, который бежит ко мне.

Кстати, о везении. Как же мне повезло, что я могу называть его своим!

На Исайе бейсбольные брюки – и больше ничего. Его идеально растрепанные волосы выглядят так, словно он все утро не переставал их расчесывать.

У него в руках конверт из плотной бумаги. Остановившись передо мной, Исайя поднимает его. Грудь его вздымается, а глаза полны отчаяния и мольбы.

– Послушай, – начинает он. – я предоставил тебе выбор. Я хотел, чтобы ты сама приняла решение, но, честно говоря, мне это не совсем нравится.

Я широко улыбаюсь. Был ли хоть один день, когда я не была полностью и бесповоротно влюблена в этого парня? За время, проведенное с ним, я многому научилась, но самый главный урок, который преподал мне мой муж, – каково это, когда тебя любят. Это было впервые в моей жизни.

Я никогда не смогу в полной мере отблагодарить Исайю за то, что он был непоколебим в своих чувствах ко мне, но собираюсь провести остаток жизни, заботясь о том, чтобы он чувствовал себя со мной так же надежно, как я чувствую себя с ним.

– Может быть, отложим это дело? – продолжает он. – Я не уверен, что нам так нужно оформлять все прямо сейчас.

– Исайя, – весело перебиваю я, – ты что, не просмотрел документы?

Повисает тяжелая пауза, он с трудом сглатывает.

– Я не смог, Кен.

Мой милый ранимый муж! Я никогда не думала, что буду описывать Исайю с помощью этих слов, но у него мягкий нрав – и я это очень ценю. Он открывается с этой стороны только тем, кому доверяет, а мне посчастливилось стать не только его близким человеком, но и той, кого он любит.