– М-м-м, – стонет Исайя, и все его тело вибрирует. – Вот так.
Его слова подстегивают меня. Я обхватываю его член одной рукой и облизываю от основания до головки.
– Да, – шипит он сквозь зубы. – Черт побери, я так долго мечтал об этом.
Я пытаюсь оправдать его ожидания, смотрю на него снизу вверх, прикрываю отяжелевшие веки и округляю губы, чтобы втянуть его член. Двигая головой, я беру его в рот, но член слишком быстро касается задней стенки горла, потому что он намного больше, чем я когда-либо видела. Я держу его там, играя языком вокруг головки, пока мои глаза не закрываются от слез, собирающихся в уголках, а горло не сжимается от удушья.
– Господи… – Исайя обессиленно наклоняется вперед, одной рукой опираясь на раковину, а другой берет меня за волосы, заставляя отстраниться и перевести дыхание. – Кто тебе сказал, что у тебя плохо получается?
Я не отвечаю, потому что он и так знает. Просто глубоко вдыхаю.
Исайя наклоняется, и его челюсть напрягается, а лицо оказывается всего в нескольких сантиметрах от моего. Член блестит от слюны.
– Он чертов лжец. Мне не нужно тебя учить.
Исайя проводит большим пальцем по уголку моего глаза, собирая выступившую там влагу.
– Я испорчу твой макияж. – Он не предупреждает, а констатирует факт. – И сделаю так, что тебе не будет нужен никто другой. Ты поняла?
Я нетерпеливо киваю в знак согласия.
– Скажи словами.
– Да, – выдыхаю я.
– А теперь продолжай делать то, что начала.
И я подчиняюсь, поглаживая его рукой и поворачивая ее, чтобы создать трение. Затем опять беру член глубоко в рот, прежде чем оторваться от него с непристойным чмоканьем.
– Ты чертовски хороша, Кенни! Не слушай никого – только меня. Ты прекрасно знаешь, что делаешь.
Я не знаю, но следую его указаниям. Мышцы пресса Исайи сжимаются, когда я ласкаю его губами, поэтому я продолжаю. Его дыхание учащается, когда я провожу языком по нижней части головки и замирает, когда я протягиваю руку и обхватываю его яйца, снова проталкивая член в заднюю часть своего горла.
– Черт! – резко восклицает он и выходит из меня. – Сейчас кончу.
Я нетерпеливо киваю, стоя на полу в своем роскошном наряде. Тушь размазана по щекам, а в уголках губ скапливается слюна. Настоящая леди, какой меня воспитывали!
Исайя наклоняется и сжимает мой подбородок.
– Ты позволишь мне кончить тебе в рот?
– Да. – Мое дыхание становится коротким и прерывистым. – Пожалуйста.
– Ты собираешься быть хорошей женушкой и все проглотить? – Я киваю с излишним энтузиазмом. – Хорошо. – Он облизывает мои губы и заканчивает поцелуем. – А теперь сделай глубокий вдох, потому что на ближайшее время он будет последним.
Исайя нежно проводит большим пальцем по моей щеке, но это единственный момент, когда он проявляет нежность, прежде чем наклонить мою голову.
Как только мои губы оказываются на его головке, он задает темп, двигаясь быстро и непрерывно. Все вокруг будто затихает: остается только он и его тело.
Боже, как он смотрит на меня сверху! В его гневе сквозит желание. Я в жизни не видела ничего сексуальнее и никогда не чувствовала себя такой сильной, как сейчас, когда знаю, что способна разгадать этого мужчину.
Я впиваюсь ногтями в его ноги, чтобы удержаться.
– М-м-м, – стонет он.
Исайя наблюдает за тем, как мои руки скользят, нежно исследуя его бедра, пока не обхватывают, сжимая, его ягодицы. Когда я делаю это, он удерживает меня за голову и прижимает свой член к задней стенке моего горла.
Он такой большой, когда возвышается надо мной! Это непростая позиция, если учесть его габариты, но я никогда никому не доверяла так, как Исайе. Он входит в меня, но не слишком глубоко. Не замедляет темп, но следит за тем, чтобы я могла дышать, проверяя, все ли со мной в порядке.
– Боже, ты так чертовски хороша, Кенни! И меня бесит, что ты можешь быть настолько хороша для кого-то еще.
Я смотрю ему прямо в глаза и качаю головой.
– Что? – спрашивает он угрожающим тоном, зная, что я не в состоянии ответить словами. – Ты не будешь хороша ни для кого другого?
Я качаю головой, пока он продолжает брать меня в рот.
– Ты будешь хорошей только для меня?
Его толчки такие же неистовые, как и его слова, и мне это нравится. Я киваю, мои глаза умоляют его поверить.
– Только для меня, Кенни?
Я издаю стон, обхватывая всю его длину. Мои бедра ритмично двигаются в поисках трения.
– Черт возьми, малышка… Ты возбуждаешься от того, что отсасываешь у меня?
Он выходит, давая мне возможность нормально вздохнуть. Возможность как следует подумать.
– Да.
– Засунь руку под платье и покажи мне это.
Кровь приливает к щекам. Я чувствую себя смущенной, беззащитной. Чувствую себя противоречиво, потому что он почти полностью обнажен, стоит с возбужденным членом в туалете у нас на работе.
Исайя дрожащей рукой проводит по своим идеальным волосам.
– Покажи мне.
Я осторожно запускаю руку под платье и двумя пальцами собираю остатки своего возбуждения, предъявляю ему доказательство.
– Черт, – рычит он, и его глаза темнеют, когда он смотрит на мои пальцы. – Ты сделаешь все, что я тебе скажу, прямо сейчас, не так ли?
– Все что угодно.
