– Не слишком, но я не знаю, что на это ответить. И даже если бы была одинока, последнее, что я должна делать, будучи единственной женщиной в штате, – это идти на свидание с потенциальным коллегой. Но я польщена, что вы спросили.
– Понимаю. Когда я устроился на эту работ, уехав из Атланты, мы с бывшей женой знали, что между нами все кончено. Для нас это был способ отдалиться друг от друга и наконец покончить с браком. Поэтому мне подумалось, что у вас может быть похожая ситуация.
Я отрицательно качаю головой. Не знаю, что происходит между мной и Исайей, но уверена, что дело не в этом.
– И кстати, – продолжает Джош, – вы будете здесь не единственной женщиной. Я даже не могу сказать, сколько женщин у нас работает.
От этого я приободряюсь:
– Правда?
– О да. Удачи вам в посещении женского туалета на этаже клуба! Там постоянная очередь.
– Миллс только что прислала сообщение. – Кай кладет телефон обратно в шкафчик. – Они в коридоре.
Я хватаю свою кепку – не ту, что дал тогда Кеннеди, – и следую за братом в коридор, ведущий из раздевалки.
Зандерс, Стиви, Райан, Инди, Миллер и Рио ждут нас.
– Привет, ребята! Спасибо, что пришли, – говорю я, подходя к компании.
Зандерс протягивает мне руку, а другой обнимает и хлопает по плечу.
– Большой брат объявляет о своем уходе, и мы решили, что нам лучше посетить как можно больше игр.
Мы здороваемся с каждым по отдельности, и Кай остается рядом с Миллер, обняв ее за плечи.
Все, кроме Рио и меня, разбиты на пары. Чертовски это ненавижу.
Я так привык к тому, что Кеннеди рядом, особенно здесь, на поле… Все это – преддверие следующего сезона. Но мой брат уже не наденет свою форму. Он будет гостем, как и остальные ребята.
– Кеннеди выйдет на поле? Или этот придурок доктор слишком сильно ее загружает? – спрашивает Инди.
– Нет, ее здесь нет. Она в Сан-Франциско.
– О, точно! – В голосе Стиви слышится волнение. – Как прошло ее собеседование?
Я тяну с ответом, потому что, по правде говоря, еще не знаю. Слишком боялся спрашивать. Я перевожу взгляд на Миллер, молча умоляя ее о помощи.
– Кеннеди сказала, что расскажет, когда вернется домой, – спасает она меня.
– Семейный ужин в воскресенье вечером, – напоминает мне Райан. – Самое время привести ее, тебе не кажется?
– А вот и моя девочка! – Монти выходит из своего кабинета в коридор и смотрит на Миллер.
– Привет, папа!
Он распахивает руки для объятий, но Кай ее не отпускает. Внимание Монти переключается на него.
– Ты серьезно?
– Что? – Тон моего брата слишком невинный, и он продолжает удерживать в плену свою невесту.
– Мне не составит труда посадить тебя сегодня на скамейку запасных.
Кай издает смешок.
– Это мой первый выход на поле после объявления о завершении карьеры. Не думаю, что такое понравится фанатам.
– Думаешь, мне есть до них дело?
Кай игриво закатывает глаза и отпускает Миллер.
– Где мой внук? – спрашивает Монти, обнимая дочь.
– Сегодня вечером за ним присмотрят Эмили из пекарни и Тейлор.
Рио выглядывает из-за спин друзей:
– Эмили из пекарни, да? У нее кто-нибудь есть?
– Пожалуйста, прекрати! – В голосе Зандерса звучит усталость.
Монти здоровается с нашими друзьями.
– Мне пора. – Он хлопает меня по плечу. – И тебе тоже. Я хочу, чтобы вы победили как можно быстрее. Скоро начнется дождь, и я не хочу задерживаться из-за него. Люблю тебя, Милли! Увидимся позже.
– Пока, папа!
Стиви поворачивает голову к Миллер.
– Прошу прощения?
– Что?
Инди смотрит на Миллер так, словно не может поверить увиденному.
– Твой отец такой сексуальный!
– Фу. – Она морщится.
– Как ни странно, – приподнимает бровь Рио, – я с ней согласен.
– У тебя классный папаша, Миллер, – вмешивается Стиви.
– Прекратите!
Зандерс пожимает плечами.
– Они не ошибаются. Скажу прямо: этот дядька чертовски симпатичный.
– Ладно, разговор окончен. – Миллер поворачивается к Каю и целует его. – Люблю тебя. Удачи!
– Люблю тебя, малыш.
Она обнимает меня.
– Тебя я тоже люблю, только чуть меньше, чем его.
– Вечно ты меня смущаешь!
– Кто-то же должен это делать? – Миллер следит за тем, как остальные уходят из коридора, и, когда Кай сворачивает к тренажерному залу, она снова обращает свое внимание на меня. – Ты с ней разговаривал?
– Конечно. Я просто не спросил, как прошло собеседование.
– Почему?
– Потому что знаю: она его прошла. И нахожусь в стадии отрицания. Но я рад за нее, правда. И хочу поздравить ее, когда она сообщит мне об этом лично, потому что не готов радоваться этому сейчас. Пока Кеннеди не вернется домой, я буду упиваться горем, как маленький засранец.
– Она сказала тебе, что Дин пытался свести ее со своим другом? Что тот встретил ее в аэропорту? – Миллер пытается сдержать смех. – Бьюсь об заклад, тебе это понравилось.
– Да, она мне рассказала. Этот гребаный придурок… Как будто я и так недостаточно его ненавижу.
Миллер склоняет голову набок.
