Услышав это, она опустилась на землю, подставляя тебе спину. Ты замер на секундочку, любуясь изяществом её изгибов, а затем оседлал её ставшим привычным движением. Она поднялась, переступила с ноги на ногу, приноровляясь к твоему весу, а затем обернулась к раскинувшимся под вами полям.
Без лишней спешки, ты сжал в руках пряди её роскошной гривы. Не дожидаясь другой команды, она пустилась галопом через поле, и вы снова слились воедино.
В какой-то момент ты достал из кармана Шар. Покуда она в чарующем ритме касалась копытами земли и снова отпускала её, ты проглотил его и чуточку откинулся назад, ощущая, как по телу разливается, заполоняя его, древняя магия.
Шаг.
Её копыта коснулись земли, и она продолжила бег… всего лишь ещё один шаг из великого множества, что сделали вы вместе.
Но этот шаг, и те, которые за ним последовали, служили новой цели. До него каждый шаг она делала, стараясь запечатлеть тебя. За долгие годы, что ты знал и любил её, ты научился различать едва заметную тоску о том, что однажды она продолжит бег, а тебя не станет.
Ты видел это в её улыбке, ты чувствовал это в её походке, даже теперь.
Но с этим шагом вы вступили в Вечность, а это значит, тоска пройдёт. Её улыбка станет искренней, а тяжкая ноша падёт с сердца.
Ты уже почувствовал, что она заметила перемену в тебе. Ты уже почувствовал, как по телу её разливается отголосок улыбки, и сердце твоё воспарило.
Ты не смотрел на захватывающие дух краски заката, ты видел лишь растекающуюся вокруг тебя чарующим каскадом гриву.
Потому что, когда увидишь нечто прекрасное — не хочется терять это из виду.
Конец
Спустя месяц после Битвы при Кантерлоте
— М-м-м...
И снова это знакомое чувство.
Ну, знаешь, то самое. Вот вроде бы собираешься уснуть, расслабился весь, и вдруг закрадывается в ум мыслишка, которая выдёргивает тебя из этого блаженного состояния. И вскоре ты понимаешь, что нихрена уже не спишь, а глаза не открываешь только потому, что всё ещё лелеешь пустые надежды. И стоит это осознать, как пути назад уже нет.
Ты поднялся в постели и глянул в окно. За окном отступала тьма — первый признак приближающегося рассвета. Подумать только, а ведь всего месяц назад ты запросто бы закрыл глаза обратно и уснул. В конце концов, все нормальные люди в такое время крепко спят...
Но в тот судьбоносный день ты понял, что не стоит и пытаться, а потому, простонав, выполз из постели. Ты поднялся на шатких ногах, словно зомби, совершенно измотанный, натянул старые грязные джинсы и тёплую, любимую футболку, выуженные из кучи вещей, просыпавшихся из стоявшего в углу открытого чемодана.
Пытаясь попасть головой в ворот футболки, ты зевнул. Да, были шансы, и немалые, что впотьмах ты напялил её шиворот-навыворот — вот ещё б тебя это хоть чуточку парило. Рука твоя уже потянулась к дверной ручке, стопы привыкали к холодному, даже через тёплые носки, дощатому полу.
Кстати, о досках, за проведённое здесь время ты успел запомнить, какие скрипят сильнее других, и теперь старался на них не наступать, продвигаясь по коридору мимо других спален. Ты ведь здесь гость и не хочешь потревожить покой хозяев. Это просто невежливо. И пусть кое-кто из них и не согласился бы с тобой, тебе всё равно казалось, что едва ли найдётся на этом свете существо, которое добровольно пожелало бы оказаться пробуждённым в столь ранний час, кроме, пожалуй, эксцентричной и по-своему надоедливой Принцессы Ночи.
Однако, когда ты зашагал вниз по лестнице, мягко мерцающий свет светлячковой лампы, льющийся из кухни, намекнул, что ты в своей беде не одинок. Ты свернул за угол, изнывая от желания узнать, кто же ещё в этом доме мучается бессонницей, хотя кое-какие догадки у тебя уже были. Открывшееся зрелище заставило тебя усмехнуться про себя и тряхнуть головой.
Блин, вот бы сейчас фотик. Это ж какой шикарный компромат пропадает!
В обеденном кресле развалился красный жеребец, головой и одной из передних ног распростёршись на столе. Повсюду вокруг него были раскрытые книги: справочники, учебники, руководства, кажись, даже что-то по истории — и все они так или иначе касались проектирования и обслуживания дирижаблей. Раскатистый храп нарушил тишину, и на скатерти образовалась лужица слюны.
Замерев на мгновение, чтобы запечатлеть эту картину в памяти, ты прокрался к кофеварке, покорно дожидавшейся начала наиважнейшего из твоих утренних ритуалов.
Вскоре звук питаемого магией устройства пробудил спящего жеребца. Тот всхрапнул и устало расщеперил веки. Проморгавшись и прозевавшись, он обернулся к источнику звука и увидел тебя, стоявшего неподалёку и пялившегося в окно на раскинувшиеся в отдалении сады фермы.
— ...Который час? — протянул он.
Последний натужный вздох кофеварки поведал о том, что с работой своей она управилась. Ты налил две чашки кофе, а затем сел за стол и протянул одну из них измученному поню.
— Без понятия. И сдаётся мне, что лучше и не знать, а то только хуже станет.
