Серьёзно, заводились они с пол-пинка, и драки здесь были явлением вполне обыденным. Но если что и бесило этих старых ушлёпков до опизденения, так это пони. А потому совершенно неудивительно, что одни из Портальных Врат острова Эквус вели в какую-то из подсобок этого расчудесного заведения!
Ты закатил глаза и тихонько выругался, толкая тележку по коридору. А она не ошиблась, когда сказала, что у предтечей было извращённое чувство юмора. Хотя, если смотреть отстранённо и непредвзято, то это и вправду просто умора. Ты шёл по коридору замотанный с головы до пят в больничный халат на три размера больше, с хирургической маской на лице, толкая перед собой буфетную тележку, на верхней полке которой стояли миски с кашей для пожилых постояльцев, а на нижней пряталась хреновенько замаскированная Солнцелошадь. Притворяясь, будто развозишь обед пациентам, ты медленно, но верно продвигался к выходу. Да, совершенно дебильная затея, но ты решился попробовать по двум причинам:
1) У большинства здешних минотавров зрение было не лучше, чем у мистера Магу. Они и тебя, должно быть, принимали за тощего минотаврика, у которого проблемы с шерстью, а больничный балахон скрывал все прочие различия, вроде отсутствия козлиных ног.
2) Твоя наивная коняга совершенно не одупляла в скрытность. Серьёзно, вообще никак, так что полагаться приходилось только на себя.
Если ты всё правильно помнил, то руна выхода должна быть буквально в конце коридора. Внимания на вас пока никто не обратил, так что, если повезёт...
Твоя тележка чихнула, заставив тебя фэйспалмнуть. Пожалуй, не стоило надеяться, что всё пройдёт так гладко, как хотелось бы.
— Будь здоров, сладенький...
А теперь всё несказанно хуже.
— О нет. Не-не-не… — зашептал ты, боясь даже подумать о том, чтоб обернуться. Может, если ты сделаешь вид, что не заметил её, она уйдёт...
Морщинистая четырёхпалая рука схватила тебя за задницу.
— Я знала, что ты вернёшься ко мне, мой безрогий сладкий пирожок. Никто не мог устоять перед прекрасной Лореттой Милозадой. Ни в дни моей славы, ни теперь...
Ага. Теперь точно всё. Это она...
В прошлый раз тебе едва удалось спастись. Они, может, и старые минотавры, но всё равно могут колоть камни голыми руками. И да, самки не исключение, особенно эта. Даже те самые лютые некогда ушлёпки, что всё ещё были способны ковылять по коридорам, при виде её тут же уковыливали прочь по самым разным, но одинаково веским причинам.
— Я, знаешь ли, получила всё, что хотела, где хотела и когда хотела от каждого здешнего быка. Кроме тебя, сладенький. Только тебе удалось улизнуть, и должна признаться… я думала о тебе… — Она развернула тебя лицом к себе. — И раз уж ты снова здесь… значит, и ты обо мне думал...
Лишь чудом ты не сблеванул. Нет, ты знал, конечно, чего ожидать, но увидеть это в живую всё равно было как-то слишком.
На голове у перестарелой минотаврихи была огромных размеров летняя шляпка с широкими полями, дополняло образ «соблазнительное» красное платье, трещащее по швам при каждом движении её всё ещё бугристых мышц. Она походила на огромную Калифорнийскую Изюминку с рогами и кольцом в носу, но и это само по себе было ещё не так страшно.
Нет, выворачивало тебя от того, что, эм, вырез в паху платья открывал гораздо больший обзор, чем ты, или кто угодно другой на всём белом свете, желал бы видеть. Морщинистый бурдюк, бывший, вероятно, некогда выменем, свисал из него водопадом из плоти и сосков. Если бы не кое-как поддерживающее его платье, он наверняка волочился бы по полу, оставляя за собой след из...
— Анон, кто это?
А, теперь и Селестия выглянула из тележки и уставилась на пожилую минотавриху. Зашибись, маскировке хана. Хватка ошеломлённой коровы ослабла, ты вырвался и повернулся к аликорнице.
— ...Ты что творишь? — спросил ты, не особенно желая услышать ответ.
— Мне просто стало любопытно, кто это, — ответила Селестия. — Похоже, ты её знаешь.
— Да, но предпочёл бы не знать!
— Она тебе нравится?
Ты чуть не пробил в полу дыру челюстью.
— Ты что, блядь, шутишь, что ли?!
— Это потому что она старая, да? Тебя, должно быть, влечёт к старушкам. Мне стоило догадаться... почему иначе тебя заинтересовала такая старая кобылка, как я? — Она шмыгнула, прижав ушки.
— ФУ! Это… пони?! — запинаясь выпалила Лоретта, скривившись от одного вида Селестии. — Кто пустил сюда это мерзкое отродье? Ты что… «знаком» с этой тварью, сладенький?!
— Эм...
— Да, боюсь, что именно так! — воскликнула Селестия, вставая между вами. — И ты его не получишь, потому что, поверь на слово, из нас двоих я
Минотавриха отшатнулась и закашлялась в отвращении.
— Это скотоложество! Это извращение! Ох, ох звёздочки мои… Поверить не могу, что я его хотела… Я… — Её зашатало. — С-санитары! Сюда скорее! У вас извращенец сбежал!..
— Чего?..
