Ты выпрямился слегка, когда она выскочила на покрытую вечной мерзлотой равнину, и погрузился в созерцание окрестностей. Всюду, куда доставал взгляд, покрытые затейливой резьбой монументы стремились к небесам; многие из них достигали пятнадцати футов в обхвате, а высотою были с десятиэтажное здание, а то и выше. Они отдалённо напоминали колонны близ руин в пустыне, однако вырезаны были из какого-то местного и, кажется, более прочного камня. На подёрнутом облаками небе уже выступили первые звёзды, а отливающее красным золотом солнце уже спускалось за заснеженный горизонт...
Практически во всём это испытание было противоположностью предыдущему. Вход и выход разделяли не какие-то несколько миль, а сотня с лишним. Вместо подстерегающей на каждом шагу геенны огненной и отравленного воздуха, способных убить за считанные секунды, здесь была крепкая стужа, так и норовившая погрузить неосторожного путника в сон, от которого он уже никогда не проснётся.
Если в двух словах — это было испытание на другой вид выносливости. В то время как Дорога Огня требовала приложения всех сил сразу, это место заставляло тратить силы строго размеренными порциями: слишком мало, и ты не продвинешься вперёд; слишком много, и тебя не хватит до выхода.
Ты выяснил это на собственной шкуре. Твоя прежняя земная страсть к походам и альпинизму оказались неплохой подготовкой к этому испытанию, но, чтобы действительно пройти его, пришлось приложить немало усилий и вспомнить все навыки выживания. Для тебя это испытание стало одним из самых трудных.
…А вот Сел было совершенно пофигу. Она мчалась так быстро, что ты порой сомневался, лошадь под тобой или всё же мотоцикл. Такими темпами вы с лёгкостью покроете сотню миль часа за три, а то и меньше!
Пусть ты не видел её лица, но в положении ушек и головы, с трудом видных сквозь развевающиеся на встречном ветру пряди гривы, явственно читалась решительность. Сейчас, ярче чем когда-либо, ты видел в ней Целозию, отважную земную пони, скачущую по этим же самым полям вместе с друзьями многие века тому назад...
~