Однажды к Жаргалу пришли гости из "тайной службы", как он сам для себя назвал их. Интересовались Филис и их с ним языком общения. Жаргал и объяснил как есть — мол, с женщиной этой он не знаком, даже как она выглядит, не знает; фото, что она прислала, явно не её. А язык-то… Язык иномирянский, да. Попасть туда никак нельзя, артефакт обмена душ только в том мире имеется. А он — не артефактор, он маг вероятностей. Это значит умел рассчитывать варианты будущего. Нет, не прорицатель, сказано же — рассчитывать варианты, где тут сказано о прорицании? Была у него там ученица, Ольга с севера. Может, и Самарская, кто её знает. В Монголии нет фамилий, вот и он родной фамилией ученицы не интересовался. Там её все знали под именем Филис Кадней, восемнадцатилетней аристократки, которая самовольно поменяла свою душу на душу Ольги и вселилась тут в её тело. Да, восемнадцатилетней, так он и сказал. Говорите, какой-то колдун это подтверждает? Ну а раз это не для его ушей сказано, чего вы тут перед ним языки распускаете? Идите в свои кабинеты и обсуждайте что угодно. Балаболы, а не тайная служба, смех один.
Читать и писать Жаргал практически не умел — ещё не научился. Только своё имя и выучился набирать на виртуальных кнопках, да в минуты отдыха смотрел, что про него в Интернете говорят в видеороликах. Но читать нужно учиться, конечно. Он, хоть и не аристократ по предыдущей жизни, но был равен высокоучёным магистрам магии, на каком-то этапе являлся почти членом королевской семьи, а значит, был по статусу выше полуграмотных простолюдинов. Надо бы соответствовать. Да и печатные статьи о себе почитать интересно, а не ждать Октая для этого.
Но вот с картинками Жаргал уже разобрался, как их смотреть в телефоне. Вот и осенило старика — не иначе, молодые мозги сработали — поставил он в поисковик фото загадочной южной женщины, чей образ так смущал его все эти дни. И оказалось — да, нашлись в сети и статьи, и видео с такой картинкой!
В восторге от своей находчивости в обращении с этим хитрым амулетом связи и завороженный открывшейся информацией, Жаргал постоянно прокручивал два ролика — с интервью и с рекламой школы танца. О чём говорила эта женщина, Жаргал не разбирал, но он уже понял, что она вовсе не южанка-мулатка. Кожа у неё вполне светлая. А, главное, это действительно Филис Кадней — уж это имя он в незнакомой речи услышал неоднократно. Как же нехорошо получилось — он своим письмом обидел эту красавицу, обвинил во лжи. Ну что же, придётся ему ещё раз прогуляться в больницу, чтобы узнать, как с ней связаться. Принести извинения и всё такое. Особенно всё такое, конечно. Извинения — это вообще так, лишь повод для начала у них всего такого.
— Женщина, я тебе ясным монгольским языком говорю — мне нужна другая женщина, та, которая приносила мне письмо в больничную комнату от ещё одной другой женщины. Которая мне больше нужна. А ты мне совсем не нужна.
— Велено не пускать журналистов!
— Так и не пускай их, раз тебе велено.
— А они за вами везде ходят. Вот избавьтесь от них сначала…
— Я должен выполнять твою работу? Ты плату за свою работу тоже мне отдашь?
— Двенадцать тугриков с вас за халат и бахилы! — нашлась вахтёрша, — В обычной одежде не положено проходить.
— Вот сама себе и купи их. А мне не нужен халат, мне нужна женщина, которая приносит письма. Пойди и приведи её сюда.
Жаргал невозмутимо выслушал всё, что думает о нём и о его требовании эта не для того поставленная сюда госпожа и продолжил беседу. В итоге его взяла — секретарь главного врача больницы была извещена о цели визита их бывшего пациента и спустилась уже с листочком бумаги, на который был выписан электронный адрес Филис Кадней. После этого Жаргал отправился в подсказанный ему вежливой секретаршей книжный магазин, чтобы довести до белого каления тамошних продавщиц, но выбрать и купить самые удобные для себя пособия по обучению буквам и чтению.
Все эти встречи с обслуживающим персоналом снимались на камеры и становились короткими заметками в новостях или популярными видеороликами в сети с кликбейт-заголовками, навроде "Жаргал за минуту сломал мозг официантке", "Жаргал троллит продавщицу мороженного" или "Таксиста бомбануло, когда к нему в машину сел Жаргал". О нём в сети даже начали появляться первые комиксы, пока, правда, не героического содержания, а обыгрывающие непонимание самим проснувшимся парнем их обычаев и новых реалий, в которых, впрочем, он был скорее положительным персонажем.
Сам Жаргал потом тоже просматривал некоторые из этих роликов. И даже ставил под ними лайки. Показанному в них себе, естественно. Помимо этого, он постоянно был на связи по телефону с Октаем и с чиновником, руководящим подготовкой экспедиции в горы, поторапливая последнего угрозой, что если тот не будет готов ко времени возвращения Октая, они уйдут с братом вдвоём — сопровождающие им не очень-то нужны.
