— Думаешь, оно изначально было живым? Серьезно? — Сэвидж подался вперед. — И откуда ты так много знаешь об этом? Я, черт возьми, никогда раньше не видел такой тени, а я сражался с разными противниками… почти все из которых были живыми, по крайней мере, пока я не взялся за дело. Никогда не сталкивался с подобным. А ты что, пожала ему руку и представилась по имени? Обменялась контактами? Скажи.
— У нас все хорошо, ясно? Нам с Таллой здесь хорошо, вдвоем. Одним.
— Ты готова поставить на это свою жизнь? А ее?
Женщина перекинула волосы через плечо, хотя все они и так были зачесаны назад.
— Думаешь, ты единственный, кто может нас спасти? Спасибо, я откажусь.
Сэвидж ткнул большим пальцем в сторону окна, выходившего наружу.
— Ты бы не смогла удержать пистолет без меня…
— А ты не видел, куда нужно стрелять…
— Так значит мы идеальная пара. — Когда она фыркнула, он не смог сдержать улыбку. — И что насчет кофе? Большое спасибо. Я предпочитаю черный.
— Как твоя душа, да?
Утратив легкомысленный настрой, Сэвидж опустил подбородок и уставился на нее из-под густых бровей.
— Вот тебе небольшой совет. — Когда ее рука коснулась горла, Сэвидж вспомнил обо всем, что делал в прошлом. — Когда твой враг — воплощение зла, не время беспокоится о добродетели. Ты и эта пожилая женщина не выживете без таких, как мы.
***
Два столетия до этого, в прошлом, через некоторое неопределенное время после его кончины от множества стрел, Сэвидж снова пришел в сознание, постепенно, но необратимо: луг исчез, сменившись туманом, таким густым, что ему казалось, будто он плывет, хотя он мог чувствовать вес собственного тела. Запаха свежей крови тоже больше не было, и то же самое касалось его врагов с их криками о расплате и мести.
Единственное, о чем он заботился, единственное, что имело значение… Рэйвин… но он не видел ее, не чувствовал, не слышал…
Это был сон? Жив ли он? Нет, это невозможно.
С замешательством Сэвидж посмотрел на себя. Он был в свободной белой одежде, ему не принадлежащей, и не помнил, как надевал ее, но разве это имело значение? Важней тот факт, что из его груди не торчали стрелы, и, приложив руку к сердцу, он вдохнул и не почувствовал ни открытых ран, ни проблем с дыханием. Боли тоже не было.
Оглядевшись, Сэвидж почувствовал дрожь осознания, пробежавшую по его спине, когда заметил белый пейзаж, в котором не было ничего земного. Туман… только туман, насколько он мог видеть. Действительно, не было границы между небом и землей, никаких построек, флоры и фауны, никого вокруг. Казалось, эта странная, тревожная среда была создана только для него и для него одного.
Собравшись с духом, он повернулся налево, как будто его кто-то призывал.
И когда он увидел то, что было перед ним, страх распространился по его телу, заменив собой кровь в его жилах.
Дверь в Забвение выглядела точно так, как описал ее странник, и он вспомнил слова мужчины, сказанные западающим в душу голосом: Из тумана перед тобой появится дверь, и если ты захочешь продолжить путь на Другую Сторону, тогда открой ее. Если же пожелаешь остаться в живых, не касайся ручки. Твой выбор будет определен при первом касании.
