Важность внимательного изучения истории бытования покупки мисс Кэмхерст подчеркивала особо, и я полагала, что это поможет мне избежать вовлеченности в какие-либо темные махинации, но теперь очень и очень опасаюсь, не сделалась ли, сама того не желая, соучастницей преступления! Не могу сказать, был ли диск этот похищен у мистера Райленда, или снабжен фальшивой историей бытования, дабы сокрыть сведения о прежних владельцах, но, боюсь, по незнанию совершила нечто незаконное – вот уж не думала, что когда-либо в жизни буду вынуждена начертать подобную фразу! (В скобках замечу: ума не приложу, отчего мистер Райленд мог бы пожелать скрыть свою связь с сей реликвией, так как она абсолютно пристойна и отнюдь не похожа на всю ту вульгарщину, которую, как мне известно, некоторые коллекционируют в целях личного увеселения. Полагаю, для тех же целей ее создавали и древние, отчего склонна думать, что разница между ними и человеческими существами не так велика, как кое-кто утверждает.)
Как бы то ни было, я уверена: документ, предоставленный мне аукционным домом, фальшив, хотя кем изготовлена фальшивка, даже не подозреваю. Прошу вас, ответьте мне и посоветуйте, как лучше действовать далее. Беспокоить мисс Кэмхерст я, узнав из газет о ее недавних фальчестерских злоключениях, не хочу, хотя газетчики, из нежной любви к всякого рода скандалам, несомненно, весьма и весьма все это преувеличили. (Уверена, вы понимаете, что самой мне скандала очень хотелось бы избежать.)
Искренне ваша,
Аннабель Гимптон,
леди Плиммер.
Отправитель: Изабелла, леди Трент
Получатель: Одри Кэмхерст
9 калориса,
То-кха, Цер-нга
Дорогая Одри!
Дошли до меня известия, что от тебя слышали фразу «Как поступила бы на моем месте гранмамá?». Исходя из всего, что я слышала о тебе в последнее время, думаю, ты на мой счет самым печальным образом заблуждаешься, и полагаю необходимым развеять сии заблуждения, пока они не довели до серьезной беды тебя саму или кого-либо еще.
Не могу отрицать: в разное время жизни мне довелось совершить множество крайне опасных поступков, нередко – из тех, какие любой сторонний наблюдатель счел бы полным сумасбродством. Но все то, что пишет о твоем поведении отец, и Симеон, и Лотта, и прочие сторонние наблюдатели, создает впечатление, будто у тебя завелась привычка, задавшись вопросом, как поступила бы гранмамá, выбирать самое безрассудное из возможных действий и следовать выбранным курсом без промедления.
