Итак, Саад Лоран Бовард, известный также по кличке Большой Бев, за его плечами гражданская война в Сирии и вооруженные конфликты в Бейруте, бывший военный, прошедший через настоящий ад, каким-то чудом стал главой службы безопасности в доме Маркуса и Линды Пэрриш. Сукин сын скрылся и сбежал, когда на особняк направили полицейские прожекторы. Последний раз, когда его цифровой след был замечен, датируется пятью месяцами назад.
Верчу телефон в руках, ожидая ответа, но Нао молчит. Конечно, она злится за то, что ушел без объяснений, весь полет я думал о ней, а когда приземлился, хотел позвонить, но вместо этого, как последний трус, отправил видео про чистку бассейнов. Я пересмотрел его сам трижды в надежде на то, что это поможет прояснить голову, немного здравого ума сейчас бы не помешало. Но ее метод на мне, увы, не работает.
Устройство в руках издает вибрацию, и я с необъяснимой одержимостью смотрю на имя звонящего, после разочарованно вздыхая. Это снова Уэйд. Настроение ни к черту, если он примется отговаривать меня, швырну телефон в турбину и заставлю пилота перемолоть его в ничто.
– Да, – отвечаю, поднимаясь на ноги.
– Я буду прикрывать тебя, – сухо говорит Уэйд, удивляя.
– Не думаю, что помощь потребуется, – вздыхаю. – Честно говоря, вообще не уверен, что он все еще здесь. – Я просто хотел убраться из Бостона, чтобы мои гнев и ярость оказались как можно дальше от Наоми.
– В Бейруте не так много мест, где можно встретить беглых бывших военных и преступников, если он вернулся домой, значит, тусуется где-то в порту.
– Уже запустил систему распознавания, если он поблизости, мы скоро узнаем, а пока просто поброжу по злачным районам.
– Будь осторожен, Линк, Бовард хорошо обучен и, скорее всего, вооружен. Если он почувствует опасность, будет нападать.
– Ты забыл, с кем разговариваешь, Гиш? – называю его старое игровое прозвище, подавляя ухмылку.
– Конечно нет, просто некоторые вещи заставляют нас становиться кем-то, кем мы не являемся, они делают нас мягче и рассеяннее…
– Ради бога, избавь меня от отцовских наставлений, Дункан уже монополизировал это право, я в порядке.
– Просто хочу, чтобы ты сосредоточился. Я присмотрю за ней здесь, делай, что должен. – Не успеваю сказать спасибо, как звонок отключается. В очередной раз проверяю, не пришло ли сообщение от Наоми, но, когда вижу лишь пустой экран, печатаю свое, отправляя, затем выключаю телефон и оставляю его в самолете, делая глубокий вдох и абстрагируясь от всего лишнего.
Запах гниющей рыбы тяжелым шлейфом висит в воздухе, маленькие пищащие комки шерсти перебегают от одной рыбацкой корзины к другой в надежде поживиться остатками уходящего дня. На порт опускается ночь, и лишь редкие фонари и луна освещают пришвартованные судна, большая часть из которых здесь для отвода глаз, о чем свидетельствуют пробоины, обнажающие ржавчину и покрытые пылью двигатели.
В течение последних трех дней я прихожу сюда почти каждый вечер и остаюсь до рассвета, подслушивая разговоры рыбаков, мое чутье никогда не подводит, а еще в свободное время я не перестаю шерстить Паутину, просто чтобы не думать о Нао. Она часами напролет сидит в кабинете, наблюдая за своими мучителями, словно, если отвлечется или моргнет, они сойдут с экрана и снова доберутся до нее.
Движение в дальнем конце причала привлекает внимание, моторная лодка на шесть мест раскачивается под тяжелыми сапогами человека, что смотрит на бесконечный горизонт. Он высокий и широкоплечий, немного недотягивает до Дункана, у него длинные черные волосы и борода, закрывающая большую часть лица. Но я все равно узнаю его, потому что слишком долго смотрел в досье, изучил его прошлое и представил все мыслимые и немыслимые варианты того, кем жалкий ублюдок мог стать за прошедшее время.
Бовард проверяет старые армейские часы на левом запястье, покрытом шрамами от огня, и начинает грузить мешки, лежащие на причале. Он складывает их один на другой, оставляя место у штурвала свободным, чтобы его массивная фигура могла разместиться. Похоже, местные не солгали и кто-то орудует под покровом ночи, я мог бы прикончить его прямо здесь, но решаю следовать до конечного пункта, просто чтобы убедиться, что не ошибся. Здесь несколько лодок, привязанных к деревянным балкам, поэтому, решив, что позаимствовать одну лучше, чем позволить Боварду прожить еще один день, отправляюсь следом.
Темные воды легко скрывают мое присутствие, если держаться на достаточном расстоянии, и как только шум двигателя впереди стихает, я заглушаю свой, надевая заранее подготовленное снаряжение. Уэйд был бы зол, если бы я просто утопил парня в порту, поэтому я обставлю все так, чтобы его тело никогда не нашли, к счастью, пропажа людей здесь, на Ближнем Востоке, никогда не считалась чем-то удивительным, особенно если они такие отбросы, как Бовард.
