За первым открытием пришло еще одно, когда Линк внезапно исчез на целые сутки, Уэйд и Джош увиливали от моих вопросительных взглядов, притворяясь, что вообще не понимают, о ком идет речь. И тогда я сделала аморальную вещь, о которой теперь не жалею ни капли, – воспользовалась данными доступа, которые стянула в ночь нападения. Сомнения уже давно закрадывались в голову, но я была слишком занята оргазмами, чтобы сосредоточиться на чем-либо поважнее, а зря, теперь вот уже почти два дня я живу с правдой, которую Линкольн скрывал, и не могу не задумываться о том, какая же я идиотка.
Элси сидит напротив, переваривая услышанное, я рассказала ей о моих отношениях с Линком, включая постыдную часть, просто чтобы убедиться, что не спятила и мне не показалось. Мозг привык анализировать многое, вычленять фрагменты из картотеки памяти и собирать их в полномасштабные полотна. И так уж вышло, что на последнем шедевре отчетливо виднеется лицо человека, которое раньше казалось размытым. Лживое, до дрожи в коленях красивое мужское лицо, мой безликий Воин обрел очертания. Чувствую себя героиней ромкома, попавшей в ситуацию с разоблачением, которой теперь предстоит принять решение, каким из множества способов казнить мерзавца, что возомнил себя божеством, в один будничный вторник решившим поиграть в настолку с живыми человечками.
– Ну… мы ведь не знаем его версию, – произносит подруга, и мои руки сжимаются в дрожащие кулаки. – Вспомни Джоша, я даже не знала его настоящего имени, когда влюбилась, а теперь вот, – Элси поигрывает пальцами, показывая кольцо. – Давай признаем, мужчины в большинстве своем неуклюжи в отношениях. Позволь ему все объяснить.
Моя бровь взлетает вверх со всем скепсисом, который только могу показать без угрозы заработать аневризму или растяжение глазных мышц. Я злюсь не на сам факт вранья, а на то, что он символизирует. Что, если Линкольн решил позабавиться и таким образом поставить меня на место за все нападки и подколы? Я так глубоко погрязла во всем этом, что уже слишком поздно разворачиваться: когда думаю о нем, сердце замирает, а в голове проносится поток мыслей, который я не могу остановить. Перспектива стать жертвой злой шутки и потерять себя в этом безумии чувств, стать зависимой от его взглядов, ожиданий, желаний, доводит меня до отчаяния.
– Мне страшно, – признаюсь, зная, что Элси как никто сможет понять мое эмоциональное состояние.
Рука подруги накрывает мою, лежащую на столе, и мягко сжимает.
– А что, если ему тоже? Страх порой толкает нас совершать вещи, заготовленные на черный день, выбор ведь есть не всегда. А даже если и так, мы не компьютеры, в сжатые сроки высчитывающие ходы, безошибочно выбирая верный, мы люди, нам свойственно барахтаться в бесконечном потоке вариантов и сожалений. Я знаю Линкольна не так давно, но он не из тех парней, что причиняют вред, если только ты не злодей, тогда лучше бежать без оглядки. – Элси заливается смехом и звонко хохочет на протяжении целой минуты, пока я думаю о том, не являюсь ли тем злодеем и как много Линкольн знает о моем прошлом.
– Тебе стоит кое-что знать, – говорю, прежде чем струшу и остановлю поток слов. – Я не всегда поступала по совести, делала непростительные вещи и до сих пор сожалею об этом.
Мой взгляд фокусируется на кулоне с фиалкой, висящем на ее тонкой шее. Элси сглатывает и придвигается ближе, не давая мне выдернуть руку из ее теплых пальцев. Наши глаза встречаются, добрая, искренняя улыбка освещает лицо подруги, она согревает, как и всегда, заставляя меня благодарить судьбу за то, что, несмотря на все, та все же оставила мне друга.
– Умение признать собственные ошибки – огромный шаг на пути к исцелению, Нао. Я не стану спрашивать, что произошло, ты расскажешь, когда будешь готова, но даже если в какой-то момент ты поддалась слабости и сгорела, никогда не поздно восстать из пепла и все изменить. Взгляни на папу, он наделал столько ошибок, что не сосчитать, но этот человек старается, я вижу это каждый день и верю, что он заслуживает искупления. Только не проболтайся, я еще немного помучаю его. – Она снова хихикает, переворачивая мою руку ладонью вверх, вырисовывая очертания цветка. – Некоторые люди даже не знают о том, что где-то оступились, им плевать, и они двигаются дальше, забывая и снова оступаясь. Мы с тобой другие, наш удел чувствовать мир сильнее и глубже, мы грызем себя изнутри за незначительные промахи и умираем внутри, пожиная плоды чего-то более пугающего. Но от них нас всегда будет отличать стремление стать лучше, не для других, для самих себя, поэтому таким, как мы, стоит давать второй шанс. Линк сглупил, но тому должна быть веская причина, думаю, он уже сожалеет, поговори с ним. – Она закрывает мою ладонь, запечатывая росток надежды, что посадила внутри, и постукивает кончиками пальцев по моей коже.
– Когда это ты стала такой мудрой? – шучу я, улыбаясь.
– О, я всегда была! – восторженно говорит Элси, шутливо откидывая сиреневые волосы назад. – Поэтому у меня есть план.
