Дважды два или трижды три —Цифры иногда убивают…А космос у нас внутри,И он, знаешь, не убывает.Волосы Вероники щекочут мехМедвежат, неуклюжих, небесных.И отовсюду слышится смехЗвезд, отчаянных и отвесных.<p>«Писал бы ты лучше прозу…»</p>Писал бы ты лучше прозу —Гляди, вечера тихи.Да нет уж, лучше с морозуНе прозу, а лишь стихи.В них нету жирной похлебки,И сытости нет уже.Есть только цветы кровохлебки,Выросшие в душе.<p>«Гроздь снегирей на твоей ладошке…»</p>Гроздь снегирей на твоей ладошке,Яблок румяная стая,А еще гуляют белые кошки,В жизнь мою прорастая.А потом чечевичная лишь похлебкаВ чашке, полной смысла простого,Да еще багровая кровохлебкаНа дне стакана пустого.<p>«Никуда не уеду завтра…»</p>Никуда не уеду завтра —Колыма, Воркута, Париж.Лучше лунный пирог на завтрак,А на ужин печальный стриж.Так он весело небо режет,Что забудешь про Колыму.И тележный вселенский скрежетРаздается вослед ему.<p>«Яснополянская весна…»</p>Яснополянская весна,Пролески тихие, березки,Вокруг девицы и подростки,Проснувшиеся ото сна.И мужики идут в хлева,И имя помнится Христово.Все есть, и только нет Толстого,Льва Николаевича, льва.<p>Два восьмистишия</p>1Малинник сладко плачет о медведе,Которого в лесу боятся все,И солнце едет на велосипеде,Щебечут птицы в длинном колесе.А ты, сестрица, пестуешь ромашкуВ ладонях бледных, думая о том,Как бы на этот раз не дать промашку,Не нагадать себе казенный дом.2Твоя печаль, моя сестрица,Глядит на небо, не дыша,А нет, чтоб взять да заостритьсяДушой простой карандаша,Чтобы разрезанные сводыРастаяли в колючей мгле,Почуяли глоток свободыНа каменном твоем челе.<p>«Если откроется русский лубок…»</p>Если откроется русский лубок,Невзрачный такой, прозрачный,В нем опять обнаружится Бог,Сумрачный, даже мрачный.И ангелы будут опять кружитьНад грешными над телами.И будут голуби ворожить,Круша эту жизнь крылами.<p>«Боже, да Ты, похоже…»</p>Боже, да Ты, похоже,Сегодня навеселе.Как мне нравится, Боже,Грусть на Твоем челе.Я спать сегодня не буду —Радостен жизни путь.Я Тебя не забуду —Ты меня не забудь.<p>«Шелест ливня и шелест лет…»</p>Шелест ливня и шелест лет,Шелест тихой воды брусничной,И глядит судьба тебе вслед —Упокойся в стране заресничной.Там ведь не было никогдаНи печали, ни грусти скромной.Там текла по тебе вода —Нежная, словно Бог огромный.<p>«За стеной у соседей опять галдеж и гулянка…»</p>
