Свиньи купаются в грязи, а птицы в пыли и пепле —Очищаются так, кто как захотел:Люди плещутся в море, пока глаза не ослеплиОт соли – у всего живущего свой удел.Что до человека, будь он трезвый иль пьяный,Любой из них может умереть и воскреснуть в один момент.Самый мудрый из них по сравнению с Господом кажется обезьяной.Гераклит. 62-й фрагмент.<p>Парменид</p>1В природе не бывает пустоты,Природа, словно колокол, звенит,В природе звезды есть, и я, и ты,И он, в нее влюбленный Парменид.И нету, знаешь ли, небытия,Пусть космос пуст, живет самим собой —Там бог живет, там только ты да я,Обвенчанные странною судьбой.2Мысль – это всегда лишь мысль о предмете,Пусть кометы опять свои распускают хвосты,Но знай, что в огненной этой кометеЕсть только я и ты.Там и скалы, и звезды, как рыбьи кости —Там тебя и Господь простит.Приходи-ка лучше к Пармениду в гости —Он тебя огнем угостит.<p>Анаксагор</p>1В этом, наверное, суть родства —Светила не гневные божества,А оторвавшиеся от земли глыбы,Плывущие по небу, словно рыбы.Кто б ему это когда простил —Религиозный прочен настил:Суд, изгнание из Афин – и скороНе стало Анаксагора.2Можно мудрствовать и плодиться,Можно ждать молока и хлеба,Можно смерти ждать, но лучше родитьсяДля того, чтоб увидеть небо.Разрисованное иногда луною,Солнцем полное иногда —И тогда твоя жизнь станет жизнью иною,Она станет истиною тогда.<p>Зенон</p>1Черепаха, Ахилл и он,Натянувший движенья рубаху.Никогда, говорил Зенон,Не догонишь ты черепаху.Смысл движенья – не власть, а всластьНасладиться своей судьбою,И любовь свою не украсть,И остаться самим собою.2Слон слонялся по трубе,Изучая А и Б,А Зенон сидел, угрюмоДумая лишь о себе.Слон на солнышко молчал,Небосвод не огорчал.А Зенон, всегда сердитый,«Нет движения!» – кричал.<p>Платон</p>1Даже ночной горшок может быть прекрасным,А лукавый юноша – безобразным.Живи во дворце или в избе —Прекрасен будь сам по себе.Прекрасное безусловно, словноГрива коня или руно овна,Неважно, что там – дворец, притон —Так говорил Платон.2Ни время, ни пространство, ни число,Ни темная луна, ни солнце ясноеУгрюмым бесам, ангелам назлоНе смогут никогда столкнуть прекрасноеС вещами. Жизнь и чувственность – одно,Мы остаемся в скрипке беспредельности:Вот жизни дно, а вот и смерти дно —И лишь прекрасное всегда в отдельности.<p>Аристотель</p>1Рукописи его лежали в подвале,Читал их кто-нибудь? Да едва ли —И так полтораста лет.Крысы их грызли – один скелетОстался от мудрости этой броской,И если бы не Андроник Родосский,Который к червям приник,Что б мы знали о них?2
