Миновав пустой капонир, выстроенный из бетонных блоков, выполнявший роль огневой позиции для БТР, мы подошли к блиндажу, обложенному мешками с песком. Там нас внимательно выслушали и, проверив документы, направили к дежурному по комендатуре. В дежурке у нас тоже проверили документы и отправили к офицеру, исполнявшему обязанности начальника строевой части и кадров для регистрации отметок в командировочном удостоверении. Штаб и все рабочие помещения находились на втором этаже, поэтому мы, поднявшись по лестнице, свернули в неосвещенный коридор, дабы найти искомое помещение. Вдруг рядом неожиданно открылась дверь и в тусклом проеме возник силуэт полуодетого человека в тельнике, который по всему видимому потерялся в пространстве и времени. Он уставился на нас своими мутными глазами и едва его взгляд сфокусировался на нас, а точнее – на погонах Сергея Петровича, он тут же исчез обратно в сумрачных недрах своей комнаты, с шумом захлопнув за собой дверь.
– Видишь? – поучительным тоном ввернул в ответ на мои насмешки Краб – Мои погоны таки дают практическую пользу!
– Не-а, – ухмыляясь, замотал я головой – Просто он подумал, что его посетила «белка»*.
– Это еще почему?
– Так мы ж на негров похожи после поездки в кузове!
Нас действительно покрывал тяжелый слой пыли, осевший за это недолгое путешествие по разбитым чеченским дорогам.
Комендант отнесся к нам можно сказать доброжелательно, но с большой долей подозрительности. Он инстинктивно, до неприятия не любил всевозможные комиссии, целевые и комплексные группы. Поэтому вполне закономерно, что особой признательности он нам не выказал, едва мы, представившись, пояснили, что прибыли из Ханкалы по одному весьма важному делу. Надо отметить, что вообще – слово «Ханкала» на любого «периферийного» начальника производило эффект разорвавшегося фугаса. Поэтому комендант принял нас без особого энтузиазма. Он долго изучал наши липовые документы, затем, вернув их нам, буднично осведомился:
– Мне звонили из штаба группировки и из комендатуры ЧР по поводу вашего прибытия, но в детали, понятное дело, по телефону посвящать не стали. Так, какие цели вашей командировки? Что конкретно вас интересует?
– В планах руководства комендатуры ЧР расположить на вашей базе отдельный взвод оперативного назначения, – хорошо поставленным солидным баском нахально соврал я коменданту.
– Да они что там, с ума все посходили?! – в ужасе выкрикнул комендант с намерением схватить телефонную трубку.
– Вообще, в перспективе расширить штаты вашей комендатуры: вместо взвода оперативного назначения у вас будет рота, вместо одного сводного подразделения обеспечения у вас будет по отдельной роте обеспечения: материального, технического, боевого. Естественно, значительно пополнится штат автобронетехники, усилится дизельная группа…
– Что вы говорите?! – округлил глаза комендант – Мне тут с моими бездельниками делать нечего, а что же мне делать с целым батальоном головорезов?
– Ну, не скажите, товарищ полковник, – по-свойски развалясь на стуле, урезонил я – Вот скажите, как обстоят у вас дела с Бурунами*?
– При чем здесь Буруны? – насторожился комендант и все-таки схватил телефонную трубку, резко бросив в нее: «Начальника разведки ко мне! Быстро!».
– Как, «при чем»? – не моргнув и глазом, продолжал я дальше нагло паясничать – Во-первых, вопрос будет стоять так: обеспечение инженерной разведкой ж/д и автодороги Кизляр – Червленная, а это – саперы, подразделения прикрытия, заслоны и тому подобное; во-вторых: по последним данным боевики собираются активно использовать Ногайские степи для пополнения людских и материальных ресурсов, а это потребует активизации действий по району Сары-Су, а он у вас, насколько я понимаю, не прикрыт? В-третьих…
Я почувствовал, как под столом Краб сильно наступил мне на ногу.
– О, Боже! – глянул на облезлый потолок комендант – И за что все это на мою голову?
– Это еще что, – подобрав под себя ноги, махнул я легкомысленно рукой и, понизив голос почти до шепота, подавшись всем корпусом вперед, доверительным тоном сообщил – я слыхал, что в Москве готовят новые штаты, а ваша должность будет, ни много, ни мало – генерал-майорской! О!
Это окончательно доконало коменданта и он не знал, за что теперь ему хвататься: за телефонную трубку, валидол или шампанское. Краб тяжело закашлялся и вообще – бесцеремонно пнул меня по ноге ботинком. Я заерзал на стуле и поспешил успокоить коменданта:
– Только, это ж между нами, товарищ полковник. Я всего-навсего старший офицер разведотдела. Сами понимаете…
– Не писай в рюмку, сынок. Да, с ума сойти! – почесал свою вспотевшую лысину комендант. Он воистину не знал, радоваться ему или плакать?
Пользуясь произведенным на коменданта впечатлением, я постарался закончить свою мысль:
– Ну а на данный момент мы должны осмотреться на местности: какая у вас база? Какие перспективы? Обстановка? Ну и все такое. Здесь, в служебном задании все написано.
Я снова достал документы, но комендант устало махнул рукой, останавливая меня:
