— Несомненно, — согласился Тосквилл. — Здесь мы тоже на самом переднем крае. Конечно же, с помощью ALPHA-VIT. Вернее, с помощью её специализированных сегментов. Но в отличие от вашей бывшей системы искусственного интеллекта, наш электронный мозг решает конкретные прикладные задачи, не вмешиваясь в управление высшего уровня. Программы ALPHA-VIT — это только инструменты для оптимизации процесса. Почему мы и предлагаем вам такую опробованную интеграцию. Системе вполне по силам осуществлять поддержку огромных урбанических агломераций. Это то, что так необходимо вам. Мы демонстрируем вам пример успешно функционирующей работающей Мультизоны. Это зарекомендовавшая себя формация. Кроме «J», конечно же, существуют и небольшие мультизоны, и гранд-синдикаты, и эко-объединения. Они представляют собой сообщества несколько другой направленности, но структурно похожи на флагманские комплексы «Джей-Электро».
— Другими словами, возможности системы ИИ у вас сознательно ограничиваются? — Исаев попытался вернуть Токсвилла к наиболее волнующему его предмету.
— Пожалуй, только в администрировании. В плане технического прогресса ограничений практически нет.
«Как бы не так, — подумал Влад. — Отсутствие управления как раз будет тормозить развитие. Потому что цели управления бизнеса и цели управления ИИ разнятся. Парадокс заключается в том, что механизм получения максимальной прибыли на рынке со свободной конкуренцией в капиталистическом варианте имеет свои особенности. Иногда локальная победа это не абсолютное понятие, а относительное, потому что победа достигается за счет поражения другого игрока. Это решающий фактор для понимания. Особенно, если иметь в виду, что современный мир развивается в основном за счет технологий. Естественно, система искусственного интеллекта пытается исправить положение, но утыкается в запрет администрирования. Вот он, конфликт интересов. Как бы мистер Капиталист не пытался прикрыть его общими словами».
— Вы говорили про потребности человека, — заметил Исаев, снова меняя тему. — Но мы замечаем, что участники вашей Мультизоны достаточно обеспеченные люди, способные тратить серьёзные суммы. На те же совсем не дешёвые развлечения, например. Сама Джей-Электро территориально — это одна из центральных областей Брюсселя. Нет ли тут некоторого противоречия с заявленными тезисами о комфорте потребления?
— Я понимаю, о чём вы говорите, — солидно кивнул Токсвилл. — Разумеется, мы были бы счастливы, если бы участником Мультизоны мог стать абсолютно любой человек, но… Существуют объективные законы развития общества. Ведь изначально все мы имеет равные возможности. Однако, воплотить их в жизнь удаётся далеко не каждому. Не будем сейчас подробно останавливаться на причинах, но таков окружающий мир. Порой он суров и жесток. Порой приз достается только тем, кто выжил в серьёзной борьбе и это тоже по-своему справедливо, не так ли?
— Насколько я знаю, — вступил в разговор Стрелков. — Западное общество всерьёз озабочено проблемой замещения неквалифицированного труда. И существует тенденция к «регрессивной профориентации», когда роботизированные вакансии снова начинают закрываться человеческими кадрами?
— Да, это один из больных вопросов, — не стал спорить Арчибальд. — Но он не несёт массовый характер. Это неизбежные издержки развития капиталистического общества. Однако, проблема, на мой взгляд, преувеличена. Безработица у нас не растёт, к тому же все малоимущие слои населения обеспечиваются социальным пособием.
— Получая которое, вряд ли возможно стать участником Мультизоны… — задумчиво протянул Стрелков.
— Верно, но не забывайте о реализации возможностей. Благотворительность ради благотворительности выглядит абсурдно. Состоявшийся человек, добившийся всего сам и лентяй и бездельник, не желающий трудиться. Согласитесь, эти категории нельзя смешивать.
— Это крайности, — не согласился Юрий Геннадьевич. — Впрочем, такие дебаты в данный момент не очень уместны.
— Думаю, да, — поддержал дипломата топ-менеджер. — Хочу показать вам уникальный Аттракцион-Парк, он будет от нас по правую руку, сейчас мы как раз въезжаем в центральную часть Зоны.
Влад посмотрел в ту сторону, куда указывал Тосквилл.
Оператор их кортеж-кара на воздушной подушке как раз включил вертикальный форсаж, позволяющий машине на несколько метров приподняться над проезжей частью. Полукруглый прозрачный колпак обеспечивал отличный круговой обзор.
В момент резкого подъёма, Влад ощутил, как рука Маргариты словно бы случайно прикоснулась к его руке. Но только на мгновенье, девушка тут же одёрнула ладонь. И в который уже раз инспектор ощутил мимолетную неловкость.
