Влад крайне внимательно выслушал каждого в их приветственной речи, но по большому счёту, никаких конкретных предложений не услышал. Эту вводную встречу пока можно было даже не считать полноценным раундом переговоров. Стороны присматривались друг к другу, прощупывали, прикидывали взаимные возможности. Наиболее конструктивным был, пожалуй, Тосквилл. Во всяком случае, он пообещал познакомить гостей с Мультизоной, одной из последней разработок западного социума.
— Мы готовы продемонстрировать вам на примерах любые аспекты работы нашей системы, — сказал он, поглядывая на собеседников своими на удивление бесцветными глазами. — Я являюсь председателем совета директоров «Джей-Электро». Уверен, вы не представляете всех возможностей современной Мультизоны, выстроенной на основе системы искусственного интеллекта. Это огромное количество взаимопроникающих предприятий. Это город в городе. Это объединённый в одну корпорацию полный технологический цикл. От производства до индустрии развлечений. И всё это в тесном сотрудничестве с ALPHA-VIT. Мы готовы хоть сейчас познакомить вас с любым сегментом этой корпорации. Вы увидите всё своими глазами!
Стрелков, как Глава делегации, сдержанно поблагодарил и сообщил, что они обязательно воспользуются приглашением.
Госслинг, от имени экономических представителей целого ряда европейских стран, заверил, что они готовы к всестороннему сотрудничеству, и что Россия для них есть и будет важным стратегическим партнером. Вне зависимости от текущей политической конъюнктуры.
Бочатти же довольно метафорично выразился об общем состоянии дел в мире, о перманентном фондовом кризисе, посетовал, устроив на лице сострадательную гримасу, на несвоевременность аварийного отключения в России СУПЕР. Причем, эту ситуацию он сравнил с течением тяжёлой болезни и прозрачно намекнул на следующий грядущий кризис, туманно сравнив его в своеобразном анамнезе с «ухудшением после улучшения».
Юрий Геннадьевич выступил с ответным словом. Он поблагодарил за возможность обсуждать вопросы с руководителями самого высокого ранга и заверил, что совместное решение проблем, это существенный шаг в восстановлении дипломатических международных связей. Однако, сообщил он, несмотря на временную нестабильность в работе информационных сетей в России, они приехали сюда не за экстренной помощью. И предложил не рассматривать эту миссию, как попытку некоего торга.
— Мы намерены общаться только в ранге равноправных партнеров, — подчеркнул Стрелков. — И принимать соглашения только в том случае, если будет очевидна взаимовыгодность такого сотрудничества. Мы продолжаем твёрдо придерживаться своего курса и данные переговоры предлагаем рассматривать именно в таком контексте.
Не выступали на вводной встрече только Черенцов, который внимательно слушал, то и дело «постреливая» глазами на прибывших гостей, и Влад. Исаев молчал, потому что был уполномочен решать прикладные и технические моменты, до которых стороны еще не добрались; политическая же линия была полностью в ведении Стрелкова.
Продолжить переговоры решили на следующий день, после посещения делегатами Мультизоны Джей-Электро, включающей в себя как промышленные, так и развлекательные объекты.
В кафе было малолюдно. Занято было лишь несколько столиков, между которыми иногда сновали кибер-официанты. Непрозрачные изнутри оконные витражи расцвечивались непрерывным потоком голографической рекламы. Это пестрота слегка утомляла. Впрочем, по желанию, можно было переключить ближайшее окно на обычный прозрачный режим, чтобы наслаждаться вечерним урбанистическим пейзажем.
Маргарита то и дело поглядывала на него из-под удлинённых ресниц; иногда в её взгляде Влад различал проявляющийся блеск. И он снова поймал себя на мысли о какой-то странности в поведении девушки, вроде той неестественности, которую он отметил, когда она только вошла в кафе, придя на это деловое свидание. Или не деловое?
— Расскажите, как вы живете? — неожиданно попросила Маргарита.
— В каком смысле? — затруднился Влад. — Что вы имеете в виду?
— Я знаю, что у вас всё по-другому. Мне интересно.
— Ну… — начал инспектор и вдруг осёкся.
«А о чём я должен рассказать в первую очередь? — подумалось ему. — Чтобы не показаться ни идейным болваном, ни напыщенным хвастуном? Вещать, как с трибуны, по менторски перечисляя преимущества своей жизни? Это глупо. Потому что её мир тоже полон внешнего комфорта и, скорее всего, не испытывает никаких социальных проблем, — тут он вспомнил бездомных на свалке. — Да, пусть у нас такого нет, но это лишь пережитки. А про теорию созидательной технократии можно прочитать в любом инфодайджесте».
— Мне кажется, — сказал он вслух. — Что самое главное отличие всё же кроется в человеке. В человеческих отношениях. У нас разная внутренняя философия. И разная плата за достижение своих целей.
— Очень интересно, — задумчиво повторила Карлуни.
Сейчас она опустила голову и изредка потягивала сок через трубочку.
