– На самом деле изгои не видят вовсе, – поправила Арриана. – Их ослепили во время мятежа. Я как раз подбиралась к этой части истории – она действительно хороша! Выкалывание глаз и прочий Эдипов вздор, – пояснила она и вздохнула. – Ох, ну ладно. Да, изгои. Они могут видеть огонь твоей души – который куда труднее различить, когда тебя окружают другие нефилимы.
Глаза Майлза округлились. Шелби нервно обкусывала ногти.
– Так вот как они перепутали меня с Зарей.
– По крайней мере, именно так нашел тебя сегодня наш отмороженный приятель, – уточнила Арриана. – Черт, да я сама тебя нашла точно так же. Ты тут – словно свеча в темной пещере, – пояснила она, схватила баллончик взбитых сливок и прыснула себе в рот. – Люблю подкрепиться после драки чем-нибудь растительным.
Она зевнула, и Люс покосилась на стоящие на столе часы с зеленым цифровым табло. Было уже полтретьего ночи.
– Что ж, как бы мне ни нравилось задавать кому- нибудь жару, для вас троих давно настал комендантский час, – заключила Арриана, свистнула сквозь зубы, и густая капля вестника пролилась из теней под кухонными столами. – Я этого не делала, ладно? Если кто-нибудь спросит, я никогда этого не делала. Путешествовать при помощи вестников крайне опасно. Слышал, герой?
Она стукнула Майлза по лбу и прищелкнула пальцами. Тень мгновенно превратилась в безупречную дверь посреди кухни.
– Но я спешу, а так быстрее всего получится вернуть вас, ребята, домой и в безопасность.
– Изящно, – заметил Майлз, как будто делал заметки на память.
Арриана покачала головой.
– Даже и не мечтай. Я отведу вас обратно в школу, где вы и останетесь, – она встретилась взглядом с каждым из них по очереди, – или вам придется держать ответ передо мной.
– Ты пойдешь с нами? – спросила Шелби, наконец-то выказав хотя бы малейший проблеск трепета перед Аррианой.
– Похоже на то, – отозвалась та, подмигнув Люс. – Ты превратилась в какой-то опасный фейерверк. Кто- то же должен за тобой приглядывать.
Проход сквозь вместе с Аррианой дался им даже более гладко, чем по пути в Вегас. Ощущалось это так, как будто они зашли в помещение с яркого солнца: когда ступаешь на порог, свет кажется чуть тусклее, но ты моргаешь пару раз и привыкаешь к нему.
Люс была почти разочарована, когда вернулась в собственную спальню после блеска и волнений ЛасВегаса. Но затем она подумала о Заре и о Вере. Почти разочарована. Ее взгляд перебирал знакомые приметы возвращения: незастеленная двухъярусная кровать, заставленный растениями подоконник, коврики для йоги, сложенные в углу, Стивенов томик «Государства» Платона, заложенный и оставленный на столе Люс, и еще кое-что, чего она увидеть не ожидала.
Дэниел, весь в черном, приглядывающий за пылающим в камине огнем.
– А-а-ай! – заорала Шелби, отшатнувшись назад прямо в руки Майлзу. – Ты меня до чертиков напугал! Причем в моем собственном убежище. Нехорошо, Дэниел.
Она одарила соседку враждебным взглядом, как будто та имела какое-то отношение к его визиту.
– С возвращением, – спокойно обратился Дэниел к Люс, не обращая внимания на Шелби.
Девочка никак не могла решить, броситься к нему или расплакаться.
– Дэниел…
– Дэниел? – вскрикнула Арриана.
Ее глаза широко распахнулись, как будто она увидела призрака.
Дэниел, и сам явно не ожидавший встречи с ней, застыл на месте.
– Я… мне просто нужно было перекинуться с ней парой слов. Потом я уйду, – выдавил он виновато и даже испуганно.
– Ладно, – согласилась Арриана, прихватывая Майлза с Шелби за шиворот. – Мы как раз собирались уходить. Никто из нас тебя здесь не видел. Встретимся позже, Люс.
И она вытолкнула остальных ребят из комнаты и вышла следом сама.
Судя по виду Шелби, ей не терпелось убраться из их общей спальни. Яростный взгляд Майлза не отрывался от Люс, пока Арриана едва ли не вышвырнула мальчика в коридор, с грохотом захлопнув за собой дверь.
Затем Дэниел шагнул к Люс. Она зажмурилась, согреваясь в его близости. Она вдыхала его запах, радуясь возвращению домой. Не домой в Прибрежную школу, а в тот уют, который приносил ей Дэниел. Даже когда она бывала в самых странных местах. Даже когда их отношения были так запутанны.
Запутанны, как сейчас.
Он еще не целовал ее, даже не заключал в объятия. Девочку удивило, что ей этого хотелось, даже после всего увиденного. Тоска по его прикосновениям отзывалась болью глубоко у нее в груди. Когда Люс открыла глаза, Дэниел стоял лишь в нескольких дюймах, пристально изучая ее с ног до головы.
– Ты напугала меня.
Девочка никогда не слышала от него таких слов. Из них двоих бояться привыкла она.
– С тобой все хорошо? – спросил он.
Люс покачала головой. Дэниел взял ее за руку и без лишних слов повел к окну, из теплой комнаты с очагом обратно в холод ночи, на неровный уступ снаружи, куда он приходил к ней прежде.
Вытянутый месяц висел низко в небе. Совы спали в роще. Отсюда, сверху, Люс различала волны, плавно набегающие на берег. На дальней стороне школьной территории, высоко в Нефском доме, светился единственный огонек, но трудно было сказать, горит он в кабинете Франчески или Стивена.
