– В последние годы ситуация ухудшилась, – продолжал Аграф. – Снабжающие станции, на которые мы рассчитывали, исчезли. Отчасти проблема в вымирании лесов и, следовательно, в дефиците сырья. Но это не единственная причина. Холод действует и на черепов, они становятся все агрессивнее. Раньше мы держались своих земель, они – своих. Сейчас почти каждая отправка корабля приводит к конфликту. Часть наших наземных поставщиков теперь подконтрольна черепам. Они даже в воздухе сражаться начали. Нашего мастерства у них, конечно, нет, зато их много, и жизнью они не дорожат.
– Окаянные времена, – подытожил Рикассо. – И это не считая шторма, который взбаламутил все еще сильнее. Словно нам и так проблем не хватало. Хуже некуда, дальше может быть только лучше, согласны?
– Я не суеверна, – отозвалась Куртана.
– Прежде мы справлялись с кризисами, – напомнил Аграф. – Наверняка справимся и сейчас.
– Оптимизм молодых неисчерпаем, – улыбнулся Рикассо. – Завидую, искренне завидую. Только это не временная трудность, которая проходит и закаляет. Мир меняется. Такого раньше не случалось – по крайней мере, в истории Роя.
– Что предпримете? – спросил Кильон.
– Пока не восстановлена телеграфная связь, вся надежда на разведгруппы глубокого проникновения. К северу от Напасти есть станция снабжения, ее и проверял Аграф. Выяснилось, что станция законсервирована, но годна для использования. Что еще важнее, мы можем там приземлиться и быстро пополнить запасы. Управимся за пару дней, если насосы качают и огнесок в порядке. Не менее важно то, что об этой станции не знают черепа.
– Это временное решение, – заметил Аграф. – Хотя оно подарит нам месяцев десять спокойной жизни, а то и целый год, в зависимости от количества и качества топлива в накопителе. Мы успели провести лишь несколько простых тестов.
– Ждем еще одну разведгруппу, – сообщил Рикассо. – «Крушинница» опаздывает, но еще денек мы ей дадим. А потом отправимся на Аграфово топливное хранилище. Полетим разными маршрутами, чтобы не нарваться на бандитов, от которых на обратном пути настрадался Аграф. «Крушиннице», если она годна к полету, придется действовать самостоятельно, пока не заработают телеграфные башни. Решение не из легких: когда есть альтернатива, Рой своих не бросает. Сейчас альтернативы нет. Запасы наши иссякли. Нам нужен тот огнесок.
– В сложности ситуации я не сомневаюсь, – проговорил Кильон.
– Тебя, небось, тревожит перспектива оказаться еще дальше от Клинка? – спросил Рикассо.
– Мои отношения с Клинком не так просты, как вы, наверное, думаете. – Кильон коснулся очков и глянул на Куртану. – Можно сказать ему?
– Скажи, – кивнула та. – Правду он все равно выяснит, как ни таись.
Кильон снял очки, подождал, пока глаза привыкнут к яркому свету зала и поочередно взглянул на Рикассо и Аграфа.
– История долгая, и дело тут не только в глазах, – проговорил он. – У меня… анатомические отличия.
– Ага, вроде гибрида. – Рикассо подлил себе выпивки, словно без нее не вынес бы вида существа, сидящего напротив.
– Да, но я медленно возвращаюсь к чисто ангельской физиологии. Еще немного – и простой маскировки не хватит. Вид у меня и так… странноватый, а будет еще диковиннее.
– Понимаю, почему ты не уверен насчет возвращения на Клинок, – вмешался Аграф.
– Клинок – мой дом. Но там меня хотят убить. Думаю, понятно, что у меня… противоречивые чувства.
– За тобой люди охотятся? Обычные люди? – уточнил Рикассо.
– Ангелы. Впрочем, и обычные люди попытались бы, если бы знали, кто я такой.
– Ну, не каждый попытался бы, – сердито заметила Куртана.
– Вы, при всех возможных вариантах, были очень гостеприимны. Я вам благодарен.
– Мы утаили его сущность от большинства членов экипажа, – объяснила Куртана лидеру Роя. – Они профессионалы, иначе не служили бы у меня, но это не значит, что готовы принять Кильона. Они суеверны и… – Куртана потупилась, – ангелов у нас не жалуют.
– Понятно, почему ангелов не любят на Неоновых Вершинах и в других зонах Клинка, за исключением Небесных Этажей, – проговорил Кильон. – А ройщикам какая разница? Чем ангелы хуже других клиношников?
– Тут все сложнее, – ответила Куртана. – Если к клиношникам у нас просто неприязнь, то к ангелам неприязнь особая.
– Мерока упомянула, что прежде Рой был военным крылом Клинка, – сказал Кильон.
Рикассо глянул на него с сомнением:
– Дело не только в этом. В ту пору Рой был частью Клинка, неотъемлемой частью. То, что называешь Клинком ты, было лишь основным местом нашей дислокации. Город был разветвлен и административно, и политически, и культурно, а еще куда влиятельнее нынешнего. Настоящие поселения-спутники, дочерние города существовали аж на другом конце планеты. Объединяли их единые законы, единые гражданские права.
– Потом всем изменилось, – вмешался Аграф, волнуясь все больше. – Виной тому очередной зональный сдвиг. Шторм был достаточно сильный, хоть и слабее недавнего. Зоны сместились. При первой же возможности мы осмотрели изменившиеся границы и сообщили на Клинок.
