Я перешла на сайт «Лондонский транспорт», чтобы составить маршрут. Кажется, придется возвращаться в центр и оттуда уже ехать дальше, а это значит пропускные пункты и проверка удостоверений. А что под землей? Не знаю, но рисковать не стоит.
Если нужно, я могу пройти и двенадцать миль, но уже почти шесть. Даже если меня не поймают в это время, то после девяти улицы пустеют. Смогу ли я одолеть двенадцать миль за три часа? Не знаю, но я на всякий случай запоминаю маршрут по карте.
Меня мутит. Нужно умудриться пережить сегодняшнюю ночь и добраться до квартиры Авы. Надеюсь, Лукас дома или я хотя бы смогу вспомнить код от двери. Что-то про Аристотеля. А потом мы продумаем следующий шаг, добавим больше постов под тегом #БЕДА и будем надеяться, что ситуация изменится, пока нас не арестовали.
Все это маловероятно. Кажется, мы сошли с ума. Сегодня меня могут арестовать, и на этом все закончится, никто так и не узнает, чего я добивалась и почему. Я просто исчезну.
Художники подписывают свои работы, чтобы сказать: «Это мое, я это сделал». Я тоже хочу оставить свою подпись, показать, что это – мое.
Я вошла во все социальные сети под именем Джульетты, соединила их между собой и добавила в свой профиль.
Теперь все имена высвечиваются под ником «СловоДжульетте999».
Я ведь хочу этого, правда? Хочу. Хуже уже вряд ли будет.
И это я, это мое. Я это сделала. И мне немного помогал Ромео. Я изменила имя профиля на Сэм Грегори. Нашла в сети самое приличное свое фото и поставила на аватар, а изображения Вестминстера и Биг-Бена – на заставку вверху страницы.
Вот и все. Сохранить или отменить?
Сохранить.
И я пишу новый пост.
Я быстро вышла из всех аккаунтов и стерла историю просмотров. Не знаю, отследят ли пост, но на всякий случай нужно уносить ноги, и побыстрее.
Перед ужином я заглянула в комнату, чтобы проверить сообщения – ответа от Лукаса нет. Надеюсь, они с Ники в порядке.
Я лениво пролистываю посты «БЕДЫ», когда появляется новый.
От Джульетты.
Это Сэм? Она выбралась! Я испытываю такое облегчение, что с ней все в порядке, поэтому смысл сообщения не сразу доходит до меня.
На глазах наворачиваются слезы. Она переступила черту, достигла точки невозврата. Пути назад больше нет.
Пост только вышел. Она еще в сети?
Живее, Ава. Я создаю новый профиль. После недолгих раздумий называюсь «СловоАристотелю999» и надеюсь, что она вспомнит код от двери и догадается, что это я. Я посылаю запрос на дружбу.
И жду.
Жду.
Но ответа нет.
В отдалении бьют часы, наверное, на церковной башне, и я считаю удары, хотя заранее знаю, сколько их будет.
Шесть.
Уже шесть вечера.
Я не знаю, что делать, поэтому просто иду в квартиру Авы.
На улице холодно, и я теснее запахиваюсь в поношенный джемпер, жалея, что не надела под него школьную блузку или не купила что-то потеплее.
Главный комендантский час только в девять, и на улицах все еще полно народу – на меня бросают любопытные взгляды, видимо, интересуются, сколько мне лет и почему я не ношу удостоверение.
Улочки сужаются. На тротуарах растут кучи мусора, попадаются магазины с заколоченными витринами. Я задерживаюсь у открытого канализационного люка, наклоняюсь, притворившись, что зашнуровываю ботинки, и выкидываю кошелек с карточками и удостоверением. Многие фонари не работают, и темнота вместе со страхом вновь подкрадываются ко мне. Я с трудом сдерживаю шаг. Теперь люди разглядывают меня без стеснения. Я не останавливаюсь.
Впереди какая-то суета, люди толпятся на тротуаре. Инстинкт велит разворачиваться, искать обход, и я принимаюсь проталкиваться обратно, но вскоре и здесь случается затор.
Полицейские машины. Две на следующем перекрестке. Я подхожу к краю тротуара и смотрю в другой конец дороги, но и там машины. Дорога перекрыта с обеих концов.
Кого-то ищут? Не меня ли?
Не глупи. Откуда они знают, где меня искать.
Просто проверяют пропуска, ничего другого – простая проверка пропусков. Но у меня нет пропуска, и даже если бы и был, то он красный, а уже давно шесть. Необязательно знать, кто я, чтобы устроить неприятности. Можно попасть под арест за любую ошибку.
Внутри поднимается волна паники, и я стараюсь слиться с толпой на дороге, лихорадочно выискивая, где бы спрятаться.
– Эй, сюда, – в здании с заколоченными окнами приоткрывается дверь. – Иди сюда, я тебе помогу.
Меня подзывает мужчина. Ему около тридцати, маленькие глазки, и весь его вид кричит, чтобы я убиралась подальше.
Но куда бежать? К полиции?
Не выход.
– Ну же, пока тебя не увидели, – поторапливает он.
Я юркнула в щель, и дверь захлопнулась.
