– Я всегда знала, что у вас особая связь. Даже в детстве, он с Люком так не возился, как с тобой.
От одного его имени меня пробило негодование, но я это умело скрыла.
– Эйдан очень дорог мне. Жаль, мы упустили так много времени, – я тяжело вздохнула.
– У вас впереди вся жизнь, – она томительно улыбнулась, задумавшись о чем-то. – В моей жизни не было такого человека, на которого я могла бы так положиться. Их отец был не таким хорошим человеком. Хоть я и старалась им такое никогда не говорить, – она поджала губы. – Но Эйдан очень похож на моего отца, порой смотрю на него и вижу своего папу. Честного и искреннего, защищающего семью, готового оказать любую помощь ближнему. В его поступках открытая забота и никакого скрытого помысла.
Я молча слушала, опустив голову, и в каждом слове видела его. Зная, что Эйдан вырос без отца, нам всегда казалось, что он в нем никогда и не нуждался. Со всем мог справиться сам, всегда приходящий на выручку, умеющий прикрыть своей спиной. Мне очень повезло иметь такого друга, а теперь уже и не только.
Сидя здесь, сердце умоляло увидеть его. Поругать и приласкать, сказать те слова, что так и застряли комом в горле.
– Вы вырастили достойного сына, за которым я всегда следовала по пятам с ранних лет. И хотела бы, чтобы это никогда не заканчивалось.
Оливия трогательно промокнула салфеткой слезы на щеках.
– О, дорогая. Ты тоже сильная девочка, вся в свою маму. И мне повезло, что я знаю вас. А если и нам предстоит сродниться, я буду неимоверно счастлива. Быть может он наконец обретет смысл жизни здесь, с тобой. И не будет прятаться там, где ему не место.
Я задумалась о её словах. Но мы ведь так и не говорили об этом, о том, что планировал Эйдан. Поэтому я промолчала.
Женщина терла пальцем высок, сославшись на ужасную боль. Учитывая, что мы просидели здесь уже около пары часов за разговорами в томительном ожидании, я попросила её отправиться домой. На что она долго отпиралась и в итоге просто уснула в кресле.
И оставшись одна, я не могла уснуть, бродила по коридорам, спустилась за кофе и вернулась обратно, застыв у окна. Время было примерно около двух ночи, не за горами и рассвет. Зевнув, я облокотилась на раму и прикрыла глаза на минуту, когда послышались шаги.
Я не сразу раскрыла глаза и отреагировала, когда меня осторожно коснулись за плечо.
– Мисс, вам лучше поехать домой. Пациент отдыхает, – голос был негромким и размеренным. – Мисс, – повторил он. – Вы в порядке?
Я обернулась.
– Да, кажется, – я разлепила глаза. – Доктор, пожалуйста могу я посидеть в его палате, пожалуйста.
Он покачал головой.
– Вы кажетесь уставшей, лучше поезжайте домой, а утром вернетесь и навестите пациента.
– Прошу, – умоляла я. – Я обещаю, что буду сидеть в кресле, и не буду ничего делать, лишь увижу его. – Нужно, чтобы, кто-нибудь был рядом, когда он проснется. Его мама спит, и я не хочу её тревожить.
– Пациенту нужен отдых. И вам тоже, – настаивал он. – Утром вы сможете его навестить, а пока мисс, не будет его тревожить, – он повторно качнул головой и поджав губы в тонкую линию, направился дальше по коридору.
Тогда не раздумывая я скрытно последовала за ним. Везде было тихо, и ни души. Когда мужчина свернул за угол, я прошлась вперед, заглядывая в каждое окно. Пока мое сердце не екнуло.
Он лежал с закрытыми глазами прикрытый простынкой. Из-под которой выглядывали его татуировки. Вид был изможденным, хотя он полностью расслаблен. Темные пряди волос были взъерошены.
Шмыгнув за дверь, я тихо прикрыла её за собой и двинулась ближе к нему. Лишь слегка коснувшись руки, я уже ощутила, как измучило меня это ожидание. Он еще спал и поэтому я, осторожно придвинув стул села рядом.
Разглядывая его лицо, мне так хотелось дотронуться, тихо кончиками пальцем его щек и губ. Поцеловать и сказать, как сильно хочется, чтобы он открыл глаза.
– Я бы почитала тебе, но вот только у меня совсем нет с собой книг, – я печально улыбнулась. – Прости, что тревожу тебя, но очень хотела тебя увидеть, – осмелившись я все же провела пальцами по его лбу, убирая пряди с лица. Застыла на скуле, обводя пальцем контур лица.
Скорее бы ты посмотрел на меня, своими черными глазами, Эйдан Харрис. А я могла отчитать тебя за твою глупость. Долго и твердо отчитывать тебя, пока все же не сдамся твоему воздействию.
Теперь же все кажется таким мелочным, все те проблемы, что остались за этой дверью. Когда ты поправишься, я обещаю, что не буду больше ни о чем жалеть, не стану возвращаться в прошлое. Буду наслаждать каждым днем, в котором будешь ты.
Приподнявшись, я наклонилась над ним, так, что мои волосы прикрыли нас будто занавес. Мое лицо склонилось к нему, и я поцеловала его в уголок губ, прижавшись щекой.
– Пожалуйста просыпайся, мне так много нужно тебе сказать, – прикасаюсь лбом к его и замираю на пару секунд.
Возвращаясь обратно на стул, я упираюсь руками о его кровать и кладу голову. Ладонью подкрадываюсь к его прохладной руке и крепко обвиваю пальцы, стараясь согреть.
